– Хренов...
– начал попугай и придушено закряхтел.

– Вообще-то я тут главный, - заметил я.

– А главный завтра укажет путь, - вздохнул орк и захрапел.

Крон!

***

– Руины... Руины... Руины...
– стал печально вскрикивать, и кружиться над нами попугай.

Пустыня. Песок, барханы, редкие кустики и греющаяся на солнце мелкая живность. Чего орать - когда потенциальная опасность кругом? Я уже было хотел запустить чем горячим под хвост оглашающей округу сигнализации, как оная часть тела пернатого почуяла неприятности. Попугай как неожиданно заорал, так же резко и заткнулся.

– Нам к восточной окраине в банк "Сторве..."

– В Храм, - перебил я Аннабели.

– Какой, к лейнусу, храм?!
– недовольно воскликнула девушка.

– Фамилист.

– Нам в банк!

– В храм.

– В банк!

– В храм.

Разгорающийся скандал мигом угомонили орк с гоблином:

– Чего дальше, как думаешь?
– с интересом вопросил Галл.

– А все по старинке. Ставится, значит, палатка, запускаются туда...

– Голубки! Голубки!
– самодовольно заорал попугай на всю округу.

– Отставить!
– рубанул я, ибо за последние дни намеки и насмешки достали до белого каления. Причем, Аннабели вместе со всей веселой компанией посмеивается, а злюсь только я. Вот же... гролльи и тролльи подтиральщики!

– Я сказал: в Храм! И тихо, крон вас всех побери! А тебя, пернатый, в первую очередь!

– Че думаешь?

– Рубанул как надо, по-мужски...

Вот, говнюки, достали!!

Недалеко от города припрятали лишние вещи, не нужные, в принципе, на вылазку в Руины. Девушка, ничуть не скрываясь, картинно стала разоблачаться, не спеша расстегивая пуговки на легкой курточке...

– Знаешь, Турни, а ты полностью прав. Плоская, ноги не кривые, бородавок иль чего там не хватает...

– От троглодита слышу!
– сразу перестала валять дурака Аннабели.

– Нема тут троглодитов, только настоящие люди!
– припечатал я.

– Ты на себя в зеркало-то глянь, людь, - фыркнула девушка, подобрала в оставляемой поклаже свой рюкзачок, закинула на плечо.

– Скажи, Галл, на кой крон мы ее с собой захватили?

– Заболтает кого - уже хорошо, - прогудел орк.

Заболтает - сильно сомневаюсь, а вот достать сможет любого. Зуб даю. А уж вместе с гоблином - так вообще порвут на части. Кстати...

– Слышь, Турни, а девица-то по тебе. Такая же языкатая и страшная. Чем не пара, а?

Гоблин сбился с шага...

– Лаэр! В наших традициях не предусмотрено...

– Намедни ты утверждал, что воин, - осадил гоблина орк.

– И чего?
– почуяв подвох, осторожно спросил Турни.

– Сдается мне...
– Галл потянулся, расправил широкие плечи, поправил опоясывающие тело ремни, удерживающие целый арсенал, - одним шаманам возбраняется нарушать рамки родного племени в выборе спутников.

Гоблин открыл было рот для возражений - и захлопнул, клацнув зубами.

Руины меня поразили... никак. Наверное, когда-то давно это был великий город. Широкие улицы, каменные постройки, целые лабиринты узких проулков. Пустыня за прошедшие годы ничего не пощадила: дороги заметены, от домов остались полуразрушенные стены, масса битых камней, и легкий шелест песка, преодолевающего препятствия. Развалины чаще всего вызывают жалость по давним временам, когда все было живо, содержалось в порядке, радовало глаза хозяев и случайных прохожих... но здесь не возникает никаких чувств. Будто это не бывшее место обитания тысяч разумных существ, а тень тени. Все как... ветром сдуло. Или огнем выжгло?

Ради интереса сунулся в разрушенный двухэтажный дом с уцелевшим перекрытием. Внутри - девственная чистота, если не считать вездесущего песка. Живность, радовавшая глаз буквально в десяти шагах от города, эти места, видимо, обходит десятой дорогой, - никаких следов неведомых гостей.

Вся жизнь - следы, остающиеся за отрядом.

Вечно скачущий арахн приуныл, плетется в хвосте, настороженно зыркая по сторонам. Совсем еще недавно говорливый гоблин, указывающий дорогу, напряжен без меры, постоянно вздымает руку, останавливая весь отряд, и прислушивается к разлитой по округе тишине.

– Лаэр, - прошептал Турни, подозвавший меня жестом, - дальше идти нельзя - дозор!

– Обезвредить можно?

Гоблин задумался. Вокруг - сплошные развалины. Солнце припекает, ветра нет, тишь да гладь, - где Турни чего умудрился высмотреть?

– Попробуем с Куортом. Вы пока посидите тихо - вон там, - махнул недомерок в сторону ближайших четырех стен. Ну... трех с половиной, если быть точней.

– Свалят!
– тихо каркнул птиц, стоило нам только уютно устроиться прямо на песке. А что - тепло, обжигает, да и выковыривать из одежды уже бесполезно - пролез, зараза, везде. Не песок, а чесуче стихийное бедствие.