— Ты ублюдок, Ветролов. — прошипела Басолуза

Ветролов, худой и жилистый, прыгнул и зашиб ее рукоятью ножа, но в следующий миг Дакота преградил ему путь. Они стал друг против друга, готовые к бою.

— Не смей бить ее, иначе встретишься со мной.

— Давай, порежь меня на лоскуты волшебным ножичком!

— Варан, — сказал Дакота. — Останови этот беспредел.

— Всем взять себя в руки. Это приведет к плохим последствиям. Это, возможно, приведет к гибели одного из бойцов, а мне к чертям это не нужно. У вас у всех нервное перенапряжение. Каждый знает, что случилось, но разница лишь в том, что кто-то может бороться с ним, а кто-то выливает наружу. Ты в числе вторых, Ветролов, поэтому остуди свой пыл. Исходя из твоих размышлений, я понял, что нам действительно лучше не оставаться здесь, а побыстрее заняться делом. А то вдруг еще взорвется проклятая бомба.

Костер догорел. На улице было душно и темно. Мы перебрались в помещение склада. Басолуза плакала, ухватившись за Дакоту.

— Война всегда будет злом, — шептала она. — Всегда будет эта проклятая война…

— Тебе нужно отдохнуть.

— Как ты думаешь, что будет с нами? Мне кажется, мы натворили столько зла, что оно когда-нибудь вернется. Ты представляешь, как все мы погибнем?

— Наверняка мы умрем в бою. Это самая лучшая смерть. Во всяком случае, для меня. Глупо умирать от старости, зная, что ты не оставил после себя след. Когда я буду умирать, мне будет что вспомнить. Пожалуй, это лучше, чем всю жизнь прокорпеть газетчиком.

— Я боюсь думать, что будет, когда я умру.

— Ничего страшного. Если так случится, я тебя похороню.

— Возьмите себя в руки, — предупредил Варан. — Мы займемся делом прямо сейчас.

— Мы не боги, чтобы заниматься этим. — сказала Басолуза. — Все это оружие стоит чертовски много денег. За такую сумму нас легко угрохают.

— После второй сделки все изменится.

— Неизвестно сколько мы проживем после этого.

— Хватит жевать сопли! Я присмотрелся к тяжелым штукам. Мы повезем в Палладиум-Сити пулеметы и напалмовые установки. Оружие новое. Никто им не пользовался. Его нужно только хорошо проверить и зарядить. Каждый пулемет обойдется в десять кусков, напалм — в пятнадцать. Того и другого захватим по двадцать единиц. В итоге получим наличности на пятьсот кусков.

Ветролов воскликнул:

— Ты выучил арифметику!

— Из меня получился хороший ученик. После продажи оружия мы заимеем неплохую сумму. Еще парочка таких сделок, а потом отгородим территорию и построим свой город.

— Ты об этом не болтал!

— Да, мы построим город. Боевую крепость и в ней поместим наш штаб. Создадим новую организацию. Организацию по защите тех, кто подвергся насилию со стороны пустынников, вроде тех, что устроили Харверд и Рокуэлл. Мы наймем пустынников. Для начала — пять сотен, а потом очистим территорию от дерьма и установим границы. Так мы получим наш собственный мир.

Курган рассмеялся.

— Ты хочешь помогать всем, кто нуждается в помощи, но это нереально. Ты все равно не сможешь помочь всем!

— Нас всегда было шестеро. — сказал Ветролов. — Зачем превышать планку?

— Нас станет больше. В сражении за Дрендал я понял, что не так сложно управлять толпой. Достаточно хорошо крикнуть, и тогда масса послушно побежит вперед. Дакота, что ты думаешь?

Дакота смотрел в стену, крутя в руке мачете.

— Дакота, проснись, наконец!

Дакота перевел глаза на потолок.

— Ты стремишься получить слишком много. Я не знаю, откуда у тебя появилось это желание, но такое стремление к вершине может погубить всех нас. Зачем тебе столько места в этом мире? Я хочу сказать, что мы отлично держимся и вшестером. Мы все профессиональные убийцы. Наш отряд с легкостью заменит сотню и даже пару сотен. Наняв дополнительных бойцов, ты будешь крупно рисковать. Ты даже не будешь знать, кто из них продаст тебя, кто обманет, а кто придушит во сне. С новыми рекрутами будет много проблем, поверь мне. Лучше иметь старых, но проверенных бойцов. Да, именно таких вроде нас. Это все же лучше, чем содержать в загоне крапленое стадо, готовое ускакать в любой момент.

— Я знаю, каждый из вас хочет мира. Только при помощи силы мы сможем его достичь, но чтобы сделать ее угрожающей, нам придется нанимать много рекрутов. Это неизбежный ход. Мы будем держать в страхе местных ублюдков. И ни один из них не посмеет нас тронуть. Подумайте хорошо над этим. Разве это не мечта каждого из вас? Разве никто из вас не хочет просыпаться, не думая о том, что нужно хвататься за оружие и разливать чужую кровь?

— Сколько просуществует наша территория? День, месяц, год? Лакомая добыча всегда притягивает стервятников. Ты должен понять, что рано или поздно на нее положат глаз животные более сильные, чем мы. В этот момент прольется кровь, и мы останемся покойниками. Ты не сможешь сотворить мир даже на жалком куске земли. Это может сделать только Всевышний. Мы не сможем убить всех, потому что десятки, сотни, тысячи животных рыскают по континенту. В любом случае мы можем быть убиты. Захвати мы даже весь материк, мы все равно когда-нибудь погибнем.

— Дакота прав, — сказала Басолуза. — Твоя идея пахнет безумием.

— Значит, все вы против меня. Что ж, двадцать пулеметов и двадцать напалмовых установок. Складывайте железо в грузовик. Приказ понятен?

Мы не стали спорить, приготовили оружие и таскали его в грузовик. Перед этим мы пополнили недостающую амуницию. Басолуза сидела на крыше кузова, свесив конечности, встрепанная и заплаканная, а Стенхэйд наблюдал за нами из кабины, слушая старую музыку.

Варан заглянул в кабину. Он сказал: