Нилсон быстро поднялся по ступеням и увидел солнечный свет. Он улыбнулся, осмотрелся ничего не выражающим взглядом и увидел киборга, стоящую с крупнокалиберным пулемётом. Модель посмотрела на него и спросила: «Где Анна и Владимир?», но разведчик ничего не ответил, бросившись со всех ног, сам не зная куда. Внезапно пространство перед ним дрогнуло как холодная весенняя вода, и Нилсон исчез. Просто исчез — термические и индукционные сканеры модели не фиксировали ничего, после краткого электромагнитного всплеска. Боевая машина тут же, проигнорировав инструкцию Владимира ринулась ко входу в Храм и исчезла в проёме — если охраняемые ей объекты могли пострадать, приказы, противоречащие приоритетному заданию, блокируются.

Джереми не видел, как он пересёк грань. Через пару секунд, он инстинктивно оглянулся — к его страхам присоединился ещё один — Нилсон подумал, что его может преследовать «модель». Но её не было видно. Только холм, с почему-то стоящими как ни в чём не бывало, обелисками, хотя раньше их там не было, а Владимир говорил, что египтяне давно разрушили их, дезактивировав Храм. Трасса должна была быть слева — а там он поймает машину — конечно поймает — деньги у него есть, а русские — они тоже живые люди, доберётся до Краснодара, или до, как его там… И он сначала медленно направился, а затем, вспомнив, что едва не убил Владимира и Анну и хотел похитить кристаллы, бросился бежать к автостраде. Несколько секунд он стоял и голосовал, пока не понял, что автомобили неподвижны. Он бросился к ближайшему из них, но внутри не было никого. И в другом, и в третьем. Только тогда разведчик заметил, что там, где колыхалась под ветром пышная луговая трава, нет ничего — земля голая и сухая. И горы, на них не было ни дерева. И люди…

Крик ужаса наполнил воздух мёртвого мира и возвратился с серого неба. Нилсон вспомнил слова Владимира и понял, что там, куда он попал, нет ни одной живой души. Только он один. Только он и Дьявол… Джереми побежал к видневшемуся вдалеке холму, у которого должен быть вход в Храм врат, должен быть, или он навечно останется здесь. Он бежал, в надежде снова увидеть людей, пусть даже Владимир пристрелит его как собаку, только бы не остаться здесь навсегда. Он боялся оглянуться назад, ему казалась, что кто-то или что-то смотрит ему в затылок. Он спотыкался, падал, вставал, и снова бежал вперёд, боясь случайно обернуться.

Владимир едва не налетел на «модель», бегущую к ним, показалось ли ему, была ли программа столь совершенна, но её лицо выражало настоящий страх.

— Не беспокойся, с нами всё в порядке! Я же приказал тебе оставаться наверху, и ты знаешь, насколько это серьёзно.

— Товарищ майор, для меня приоритетное задание — охранять вас!

— Ну ладно, охраняй… Раз ничего уже не случилось при активированном Портале, а! — он махнул рукой и направился к выходу.

Владимир поднялся по каменной лестнице и секунду раздумывал, в какую сторону ему идти. Но это не имело значения — пересечение Грани в любой точке, кроме точки Входа приведёт его в этот мир. Вытянув руку вперёд, он медленно пошёл в сторону трассы. Наконец, соприкоснувшись с его рукой, пространство задрожало как талая вода. Владимир набрал воздуха и закрыл глаза, будто собирался нырнуть, и сделал два шага вперёд.

— Нилсон! Нилсон где вы! — Владимир крикнул во всё горло, — Джерри! — он увидел, что американец бежит прямо навстречу ему, спотыкаясь и падая, а в его глазах — безотчётный ужас. Владимир и сам покрылся гусиной кожей, подумав, что должен чувствовать в смещённом мире абсолютно неподготовленный человек.

— Мистер Синеусов! Вы, вы… — он пытался отдышаться.

— Берите меня за руку, и мы пойдём обратно!

Американец просто схватился за руку Владимира, как испуганный ребёнок, потерявшийся в шумном городе, и снова нашедший своих родителей. Майор пошёл назад, стараясь найти то место, где он пересёк грань. Наконец, пространство дрогнуло и схлопнулось за ним, у дипломата перехватило дыхание, чувствуя это, Владимир дёрнул его на себя и буквально втащил в другую реальность.

— Что это было, Владимир? — Нилсон спросил, едва придя в себя.

— Смещённый мир, Джерри, мёртвая призрачная псевдореальность. Можно было бы назвать это Адом, но там нет даже Дьявола. Там ничего нет.

— Знаете, Владимир, мне показалось, что Дьявол там был, — американец ответил, выдержав небольшую паузу, и Владимир не стал его разубеждать.

— Пойдёмте, я дезактивирую портал, а потом мы отправим Храм Врат на воздух. Надо археологам, пусть копают, — сказал Синеусов и исчез в проёме входа. Меньше всего Нилсону хотелось оставаться одному, после пережитого, разведчик поспешил за ним.

— Анна стояла в главном зале вместе с «моделью» в свете Врат.

— Я насверлила шурфов в известняке и установила тетриловые шашки по вашей схеме, товарищ майор! — Владимир только улыбнулся предупредительности машины.

— Ну что же — мы получили то, что желали, и наш долг разрушить эти Врата. Приступать? — Владимир спросил присутствующих. Анна и Джерри согласно кивнули, но слова никто не произнёс. Владимир подошёл к Мечу, рукоять которого торчала из стены прямо над головой мумии, и одним движением вынул оружие. Подойдя к Порталу, он немного помедлил, и нанёс удар по тяжёлой золочёной бронзовой раме… Яркая — более яркая, чем при открытии Врат, вспышка озарила помещение, ослепив всех на мгновение, но, столь же быстро и неожиданно, свет погас. Теперь только дневные лампы Анны и модели освещали тёмный зал Храма, посвящённого самому сокровенному тайному знанию древних.

— Володя, теперь мы устанавливаем взрыватели и уходим? — спросила Анна.

— Погоди, милая. Я хотел бы добавить к этой схемке парочку молекуляризационных боеприпасов. Чтобы если рвануло, так рвануло, а так же провести один из проводов с килограммовой тетриловой колбаской в немецкий ДОТ. Терил обрушит свод, термический взрыв атомарного водорода вовсе распылит главный зал на атомы, а немецкие боеприпасы довершат дело, да и уничтожение ДОТа закроет путь ко Вратам случайным гостям, вроде трофейщиков и иных чёрных копателей. И подозрений не вызовет, — детонировали ржавые снаряды одного из ДОС Голубой Линии.