— Нилсон, если в Храме Врат прольётся кровь… — Владимир быстро разжал пальцы и чпокнул — мегатонн триста, по моим подсчётам…

— Интеграторы! Это моё последнее слово!

Владимир понял, что Нилсон не блефует, — в таком состоянии он не мог не то, что блефовать, а вовсе разумно мыслить. Что сами кристаллы нужны ему в последнюю очередь, просто не выдержали нервы. Что, даже получив интеграторы, он запросто может выстрелить в кого-то из них, убьёт и погибнет сам, поскольку канал ствола наверняка заржавел, но, впрочем, одного из них это тоже не спасёт, с метра и кувыркающаяся пуля из разорванного антиквариата не промахнётся. И хорошо, если Врата не отреагируют на это. У него оставалась единственная возможность. Единственная — и Владимир не преминул ей воспользоваться. Он аккуратно достал из кармана брюк мешочек с сапфирами и медленно, чтобы не спровоцировать случайный выстрел, бросил Нилсону. Подкинув вверх, чтобы мешочек летел на американца сверху. И в лицо. Он любил бадминтон и теннис и знал, насколько трудно отразить направленный в лицо удар, особенно, если мяч летит сверху. Нилсон сосредоточит на кристаллах всё внимание, при этом, рефлекторно попытается ловить обеими руками, и не сможет целиться в них. И у него будет время. Полсекунды, а то и меньше, если учесть, что противник у него не простой — бывший коммандос, да ещё с натянутыми как струна нервами. Едва ствол автомата пошёл вверх вместе с левой рукой, которой дипломат ловил мешок, едва Владимир увидел, что находится вне поля зрения, он нанёс удар наискосок по основанию ствола автомата. Абсолютная энергия срезала как тростинку прочнейшую оружейную сталь, даже не выбив искры, под самый затвор. Нилсон опомнился мгновенно и выстрелил. Звонкий хлопок со вспышкой выбросил пулю, летевшую медленно, как насекомое, так медленно, что Владимир поймал её на лету, даже не обжегшись. Он повертел пулю в пальцах и показал резиденту. Нилсон с испугом посмотрел на оружие и увидел несуразный обрубок в своих руках.

— Отдайте интеграторы, Джерри. И не пытайтесь выйти из Храма, пока я не уничтожу Портал, то, что вы увидите там, может вам совсем не понравиться! — американец в испуге сделал шаг назад, — посмотрите, я без оружия!

Владимир вонзил меч в стену из известняка едва ли не на половину длины и приблизился ещё на шаг.

Нилсон посмотрел на торчащее из стены оружие не из нашего мира, покосился на висящий на спине Владимира 9А91, отступил, и вдруг… Владимир ожидал чего угодно, но только не внезапного нападения, но, тем не менее, сумел уклониться от просвистевших прямо перед лицом тяжёлых кулаков. Американец ударил ногой, хотя Владимир заблокировал рукой удар, его отбросило к стене. Ко второй вертушке американца он был уже готов, перехватил ладонями его ногу, с одновременной подсечкой под колено, пока тот находился в неустойчивом положении. Нилсон упал, но тут же попытался ударить Владимира под ноги, вскочил и сделал выпад, но Владимир отвёл его кулак и провёл удар, правда, пришедшийся в голову по касательной — форма у Нилсона для его возраста была превосходной. Дипломат прижал руку Владимира к стене, пригнулся и выбросил левую руку, ударив двумя пальцами в раненое плечо Владимира — всё-таки разведчик и эта деталь не могла от него ускользнуть. Владимир не удержался на ногах и упал на пол Храма. Нилсон было, бросился к нему, чтобы завладеть штурмовым автоматом, но пуля, просвистевшая перед лицом и ударившая в стену отрезвила его.

— Не смей, Нилсон! Можешь быть уверен, я выстрелю! — он оглянулся на голос — пистолет Анны смотрел прямо в лицо, дипломат тут же отпрянул, взгляд женщины был вполне недвусмысленным, да и Абрамов рассказывал ему, что она не постеснялась отправить снайпера на воздух спецбоеприпасом посреди города, когда Владимиру угрожала опасность, в тот же миг к пистолету Анны присоединился тяжёлый ствол Владимира, который, едва оправившись от шока, пытаясь погрозить Нилсону пальцем, неуклюже, но вполне эффектно, медленно потряс оружием перед его лицом:

— Джерри, кристаллы! И хрен с вами, бегите куда хотите. Только знайте, совсем не факт, что я буду вытаскивать вас оттуда, где вы можете оказаться!

Нилсон сказал что-то себе под нос, бросил мешочек и побежал, сломя голову в темноту коридора, забыв даже прихватить лампу. Анна недолго посмотрев ему вслед, сразу же бросилась к Владимиру, который уже встал и отряхивал пыль с одежды, положив автомат на камень.

— Всё в порядке! — Владимир улыбнулся, поспешил успокоить, видя, что женщина напугана, — а Нилсон-то скотина наблюдательная, так его. Ну ничего, ещё один стресс ему, думаю, будет полезен, что-то вроде пощёчины при истерике. Надеюсь, то что он увидит, запомнится ему надолго.

— О чём ты, Володя? Что ты ему говорил? Где он окажется? Откуда его придётся вытаскивать?

— Где окажется? Грубо говоря, в Аду. По крайней мере, смещённое измерение, по мнению физиков группы «Хранители», должно походить на очень изощрённый Ад.

— Какое измерение? Смещённое? Почему я понимаю тебя всё меньше и меньше? Я могу там побывать?

— Нет уж, милая. Знакомить тебя с абсолютно мёртвым миром мне как-то не хочется. Придётся самому идти туда, хотя об этом мы знаем только теоретически. А что это? — Владимир закурил, было видно, что он ещё не пришёл в себя, — активация Зеркала вызвала феномен искривления пространства. Сейчас мы находимся не совсем на нашей Земле. Мы — в параллельном, точнее, запараллеленом Порталом мире. Я уже видел это. Точнее, не совсем я, но никакого значения это не имеет.

— Тот, кого ты называешь Предшественником?

— Именно. Древние Врата находились вне нашего мира, так что попасть в Храмы Врат мог только посвящённый. Через невидимый со стороны, да и, можно сказать, не существующий, Вход, открываемый обелисками, содержащими интеграторы, они переходили в субъективный мир Храмов, отстоящий по пространству-времени от объективного мира на минимально возможный промежуток. Подобный феномен в локальных масштабах наблюдался при наших экспериментах.

— А выйти можно…

— Только через вход. Не зря в любой мистической традиции «запараллеленное» существо — призрак, например, да хоть чёртик, — Владимир улыбнулся, — если входит через дымовую трубу, то и выйти может только тем же путём. Путь объективное — параллельное — только один.

— А если…

— А если пересечь Грань этих пространств вне точки входа, ты попадаешь в гипотетический смещённый мир — отстоящий и от мира нашего и от мира Храма на время-пространство меньшее, чем необходимо для самостоятельного существования локального параллельного феномена. Но он объективен. Это «выпавшая» из континуума Вселенная зацикленная на малом промежутке времени, породившем её. Абсолютно мёртвая — ни один макро и микроорганизм в этой Вселенной не существует. Он попадёт в этот мир, в нём будет всё как на Земле, только ничего живого. Ни души. Ни травинки. И мне придётся лезть в настоящий пространственный Ад за этим идиотом, который нас чуть не шлёпнул. Надеюсь, он не успеет далеко убежать.

Анна посмотрела Владимиру в лицо, она побледнела и задрожала, просто вцепившись в его руку, вероятно представила, куда он собрался и не хотела отпускать, понимая, с другой стороны, что и Владимир не может оставить там живого человека.

«Не бойся, Аня, я скоро! Понимаешь, если дезактивировать Зеркало сейчас, врата между пространствами закроются, и Нилсон останется там навсегда. И не сможет даже умереть из-за зацикленности по временной координате, как и подобает Аду мифологическому, в Аду пространственном находятся вечно. Ладно, сейчас мы вернёмся!» — Владимир взял лампу и пошёл к выходу.