Пахнуло слева влагой. Брызнула из-под копыт вода неглубокого ручейка. Кони вскарабкались по крутому склону, бесшумно перелетели через упавшее дерево и выбежали на дорогу.

Вновь пустынную, подумалось Рэми. Сколько таких - диких, полузабытых, дорог вокруг столицы? И почему так вольно разгулялась нечисть у стен Андреана? Ведь на приграничье ее и не было считай - все дозорные били. А здесь и дозор сильнее, и маги имеются, так все же - почему?

Ударили по бокам коней ветви орешника, лента тракта скользнула вниз, туман постепенно осел, а по обе стороны дороги показалось покрытое мхом болото. Увязали в подсохшей грязи копыта, пахнуло гнилью, и от нового запаха Рэми чуть было не вывернуло на плащ дозорного.

С трудом сдержав позыв к рвоте, он прикрыл рот ладонью и едва не свалился с лошади, когда дорога резко вильнула влево, и конь, летевший на полном скаку, чуть наклонился в противоположную от поворота сторону.

– Крепче держись!
– шепнул дозорный, и Рэми вновь прижался к плащу Жерла.
– Места здесь гиблые, лучше их проехать быстрее.

С болот раздался долгий, тоскливый вой. Испуганно всхрапнула одна из лошадей, тихо успокоил ее всадник, а Жерл прошипел сквозь зубы:

– Проклятие!

А когда-то, в приграничье, Жерлу не надо было волноваться из-за какого-то странного воя. Вооруженного отряда дозорных, да еще и посреди белого дня, там боялась любая нечисть.

Рэми почему-то охватило дурное предчувствие. Перед конем Жерла мелькнула тень. Лошадь заржала и поднялась на дыбы. Рэми, не удержавшись, полетел с крупа, больно ударился спиной о землю, и откатился в сторону, избегая копыт следующей за ними коня.

– Живой?
– в голосе Жерла послышалось беспокойство.

Приученный к тренировкам с дозорными Рэми лишь улыбнулся, вскочил на ноги, одним прыжком оказался возле коня Жерла, пугая идущую следом лошадь, принял протянутую руку и вновь устроился за спиной старшого.

Лошадь под ними была подобно застывшей на натянутой тетиве стреле. Ее страх передался частично и Рэми. Сам же он почему-то смотрел на стоявшего на дороге поджарого, похожего на крупного волка, зверя спокойно. Почему-то знал, что тварь, не спускающая взгляда с Жерла, не причинит им вреда.

За спиной Рэми волновались другие лошади, сыпались короткие приказы, мягким одеялом стелилась успокаивающая сила арханов-дозорных, и слышались первые слова ударного заклинания.

– Нет!
– оборвал нить магии Жерл.

Рэми привычно отстраняется, не мешая старшому выхватить из висевшего на спине колчана стрелу. Все же некоторые вещи не меняются. И Жерл до сих пор носит с собой лук.

Зверь, похожий на волка, не движется. Смотрит на старшого и, казалось, выжидает. Да и не зверь то. Не бывает у зверей умных, понимающих глаз, не бывает скользившего во взгляде вопроса... и насмешки...

– Уходи, Ленар, - шепчет старшой.
– Уходи, пока не получил стрелу в бок. Уходи!

"Зря ты это, - Рэми вновь задрожал, когда в его разум пробрался чужой, холодный голос.
– Не вздрагивай, твои псы нас не слышат. Ты, как всегда, окружил себя слабаками..."

Рэми прикусил губу, стараясь сдержать стон.

"Послушай, брат, - продолжил зверь.
– Я знаю, что ты меня ненавидишь, но все же послушай. Откажись от лозы! Я помогу, я знаю магов, что способны тебя излечить. Откажись, пока не поздно..."

"Не нужна мне твоя помощь!"

"Так ли?
– голос оборотня вдруг окрасился усмешкой.
– Дурак ты, Жерл. Отказался от меня, а сам так до конца и не понял - не я чудовище, ты!"

– Не твое дело, тварь!
– процедил сквозь зубы старшой.

"Когда-то я не был для тебя тварью, - в голосе оборотня послышалась грусть.
– Когда-то ты считал меня опорой. А потом изменился. Выставил за дверь. Но я не в обиде на тебя, брат."

– Уходи!
– взмолился Жерл.

"Я-то уйду, - ответил оборотень.
– Но кому ты теперь плачешься в жилетку? Кому жалишься после каждого убийства? И чего ради убиваешь? Подставляешь своих людей? Ради него? Такого же, как и ты? Жертвы Шерена? Жерл! Очнись! Всеми богами прошу тебя! Очнись, пока не поздно! Пока не сделаешь нечто, из-за чего не сможешь жить!"

Пропела вдруг стрела. Вонзилась у лап оборотня, задрожала от разочарования, и зверь оскалился, окинув старшого неприязненным взглядом. Жерл молниеносно выхватил из колчана новую стрелу и продолжил: