Элси положила ладонь ему на руку, забыв на минуту о вражде между ними.

— Ты должен быть сейчас счастливейшим из смертных. — Слезы покатились у нее по щекам, но ей было все равно, видит их Гарс или нет. — Ты же в глубине души не собирался продавать ферму?

Гарс помолчал, потом убрал руку, делая вид, что хочет взять бокал.

— Собирался, Элси. Я слепой, и нет смысла держать ее, ведь мне больше не придется работать на ней, как раньше. И еще. Если говорить о Генри, то он, несмотря ни на что, первый имеет право выбора.

Пусть он ни о чем не догадывается. А потом, когда будет суд, я опять объявлю о продаже. Он долго пользовался моим доверием, придется мне еще потерпеть, пока дело не закончится.

Он проговорил это так твердо, что в сердце Элси опять заползла печаль.

— У тебя есть доказательства, что он виновен в обвале? — спросила она, стараясь подавить боль.

— Есть, — ответил Феликс, сочувственно глядя на нее. — Янг работал, когда Фрэнк вроде бы напился на службе. Он видел, как Филд и Грейди входили в контору, не имея на то разрешения. Потом такое случалось много раз. Генри угрожал расправой ему и его семье, если он проговорится. Янг еще видел, как тот спускался в шахту незадолго до обвала, но был так напуган его угрозами, что не решился об этом сказать. Фрэнк вчера ездил на шахту и говорил с Янгом. Он записал на пленку его показания.

Они у нас, дорогая.

Феликс широко улыбнулся.

Зато Гарс никак не находил себе места.

— Генри убрал опоры. Он думал, что обвинят Рили.

— Филд наделал слишком много ошибок! — продолжал Феликс. — Если помните, я поехал к нему домой после приема. Он тогда много выпил, потом еще добавил и стал ругать Рили. Ни одного доброго слова не сказал о нем. Даже не замечал меня, так ему хотелось выговориться. Он припомнил Фрэнку все его грехи и особенно его успехи у дам. Когда он упомянул ваше имя, моя дорогая Элизабет, я понял, что все это вранье от начала до конца.

— Мне давно следовало бы разобраться, — повинился Гарс. — Ну и дурак же я был!

Элси с Феликсом понимающе переглянулись. Адвокат наверняка уже знал о враждебном отношении шефа к своему бывшему главному инженеру из-за неудачной шутки три года назад, отчасти спровоцировавшей несчастье на шахте.

— Если честно, Гарс, — торопливо проговорила Элси, — то поменяйся мы местами, я бы подсыпала яд в мартини и предложила его Лоре, сыграй она с тобой такую же шутку.

Феликс хмыкнул, чем несколько разрядил обстановку. Тем не менее Гарс продолжал хмуриться, проводя рукой по волосам.

— Знаете, — сказала она, — мне с самого начала поведение Генри показалось странным. Он глаз не сводил с Гарса и с меня. Я думала, он обижен из-за того, что ничего не знал о нашей женитьбе. Или что-то в этом роде. Теперь же, когда нам все известно, я уверена, что он чертовски ревнует тебя, Гарс, не только к твоим делам. Ревнует к уважению и любви, которыми ты пользуешься у людей. Ему это не по зубам. Даже твоя слепота ничего не изменила в твоих отношениях с коллегами, служащими... и с женой.

Думаю, это был удар для него.

— Я бы и то лучше не сказал.

Адвокат перегнулся через стол и пожал Элси руку.

— Зависть довела его и других до убийства, и им придется ответить за него.

Гарс сказал это так, что Элси вздрогнула.

— Правильно! — поддержал его Феликс, вставая из-за стола. — Кстати, я просил в комитете подержать все наши открытия в тайне до слушания. Если они сделают хотя бы еще одно движение, они конченые люди.

Феликс взял пиджак и портфель.

— Если не возражаете, я возвращаюсь на квартиру Гарса, потому что мне надо позвонить Марджи.

Сегодня я сообщу ей добрые новости. Ты чист от клеветы, мой мальчик, и скоро я буду дома. Как говорится, все хорошо, что хорошо кончается. — Он похлопал друга по плечу. — У тебя было много неприятностей, зато теперь худшее позади.

— Я провожу вас.

Элси встала и вместе с Феликсом дошла до двери. Гарс сидел на месте, собираясь вернуться к прерванному разговору.

— Увидимся утром! — сказал Феликс на прощание. — Будьте готовы к семи.

Он поцеловал ее в щеку и ушел, а Элси поняла, что адвокат готов исполнить все, как скажет Гарс.

Женщина закрыла за ним дверь. Она повернулась и в упор посмотрела на мужа. Надо было менять тактику.

— Он ушел.

— Да. Ты сама слышала, твое дальнейшее присутствие здесь не обязательно. Я развожусь с тобой, Элси. И не пытайся сопротивляться, только себе сделаешь хуже.

Она вздохнула.

— Все. Больше не сопротивляюсь. Получай свой развод. Я на все согласна.

Ни одним движением Гарс не выдал своих чувств, разве лишь побледнел под загаром.