В конце недели доктор решил снять с головы Гарса повязку, закрывающую ему глаза. Элси сидела в кресле, крепко сцепив пальцы.

Она глядела на руки врача, когда он разматывал бинты и открывал темные волосы с выбритой полосой. Осмотрев послеоперационный шов, доктор наложил новую повязку.

— Ну вот, Гарс. На глазах больше ничего нет. Но не думайте, что вы сразу же все увидите. Еще слишком рано. Я вам дам специальные очки. Будете надевать их утром и снимать перед сном. Вопросы есть?

— Нет.

Всего одно слово. Но Элси чувствовала, какое напряжение охватило его. Началось томительное ожидание...

— Ну, как?

Он проверил у Гарса пульс.

— Как будто тяжесть спала.

— Голова очень чувствительна к любым нагрузкам. Двигайтесь осторожнее, как бы она не закружилась у вас.

Элси слышала, как Гарс вздохнул.

— Сколько потребуется времени, как вы думаете? — тихо спросил он.

Прикусив губу, Элси молчала, а ей так хотелось утешить его, но она держала себя в руках.

— А это, мистер Гиффорд, зависит от матушки-природы. У каждого человека по-разному. Сегодня днем сестра пройдется с вами по коридору. Только в одну сторону и обратно. Вашему организму пора возвращаться в нормальное состояние. Глазам тоже. Сейчас у вас нелегкие времена. Не торопитесь. И не очень задумывайтесь. Слушайте радио. Пусть ваши друзья вам почитают.

— Пусть читают, — шутливо согласился Гарс, и Элси улыбнулась.

Доктор Траут весело поглядел на нее.

Следующие три дня были похожи один на другой. Утром и вечером приходил доктор и констатировал отсутствие перемен. У Гарса не было аппетита, но он делал над собой усилие и ел. На девятый день он прошелся по палате, как сделал это перед операцией. С помощью палки нашел дверь и отправился к холодильнику, который стоял в коридоре. Выглядел он как обычно, но Элси чувствовала, что он растерян и подавлен. Около девяти появился доктор Траут. Гарс сидел перед телевизором, откинувшись на спинку кресла. Он снял очки и держал их в руке. С того места, где сидела Элси, он выглядел как нормально видящий человек, который задремал во время скучной передачи.

Доктор Траут тихонько потряс его за плечо.

— Гарс! Пойдемте в палату. Я вас посмотрю.

Гарс медленно встал, вернулся в палату и лег на кровать. Он подчинялся доктору, не произнося ни единого слова.

Доктор задержался в его палате необычно долго.

— Вы в хорошей форме. Здоровье у вас отменное. Есть изменения?

— Нет.

— Ничего удивительного. Эти нервы — капризули. Совершенно не желают работать.

— Доктор! — Гарс схватил его за руку. — Не шутите. Я же все понимаю.

— Тогда вы понимаете больше меня. Пока время нас не поджимает. Вот пройдет десять дней, тогда я начну вас дурачить. Договорились?

В ответ раздался тяжелый вздох.

— Прошу прощения.

Он отпустил руку врача.

— Не надо. Вы держитесь гораздо лучше многих других. Увидимся утром. А чтобы вы хорошо спали, я пришлю двух сестер, пусть сделают вам массаж. Это помогает расслабиться.

Элси ухватилась за слова доктора и выскользнула следом за ним за дверь.

— Можно мне побыть одной из сестер? Только один раз. Я буду слушаться миссис Лейтер.

— Почему бы и нет?

Через несколько минут она с миссис Лейтер уже входила в палату.

— Ну, мистер Гиффорд, массаж. Снимите куртку, очки и ложитесь на живот.

Он вздохнул и снял очки. Потом, скривившись, снял пижамную куртку и вытянулся на кровати.

Элси, как зачарованная, смотрела на широкую бронзовую спину. Потом, очнувшись, налила на ладонь лосьона и стала массировать правую сторону, пока сестра занималась левой.

— Миссис Лейтер, это великолепно.

— Не сомневаюсь. А потом попытайтесь заснуть.

Она говорила с ним по-матерински ласково, не забывая, однако, о деле. Элси следовала ее примеру, стараясь расслабить мускулы на его шее. Ей так ужасно хотелось прижаться щекой к его спине, что она отвернулась, чтобы не смотреть на него. Не очень-то умно она поступила. Не надо было его трогать.

— Продолжайте, — простонал он. — Я вам заплачу. За целый день и еще за полчаса.

Миссис Лейтер рассмеялась. Даже Элси слегка улыбнулась.

— Ну вас, мистер Гиффорд. У меня есть еще больные. Пойдемте, сестра.

Она бросила взгляд на Элси и ушла.

Со своего места в углу Элси смотрела, как Гарс оделся и накрылся одеялом. До нее доносились время от времени его вздохи, однако массаж, по-видимому, помог, потому что он не ворочался в кровати, а лежал тихо. Обычно на ночь она уходила в отель, но на этот раз решила остаться. Гарс мог прозреть в любую минуту.

Потом передумала. Феликс и доктор Траут не оставят ее в неведении, а она просто не могла находиться с ним в одной комнате, когда ее тело пылало от страстного желания. Ей не хотелось, чтобы из-за нее случилось что-то непредвиденное. Не желая даже думать о том, что зрение может не вернуться к нему, она чувствовала, что он должен остаться один. Однажды, когда он покидал больницу, она уже решила за себя и за него, какой будет их жизнь. Погруженная в раздумья, она не заметила, как он встал.