Когда же Роран попытался вздохнуть, то часть крови, наполнявшей его рот, попала ему в легкие, и он, задыхаясь, закашлялся и сел прямо, выплевывая комки темной мокро­ты. Выбитый зуб — это был один из резцов — тоже вылетел у него изо рта и упал на мостовую; зуб выглядел каким-то необычайно белым на фоне кровавых сгустков. Роран взял его пальцами и внимательно осмотрел; конец зуба, похо­же, отломился, но корень и остальная часть уцелели, так что он, попросту облизнув зуб, воткнул в десну на прежнее место, морщась от боли.

Затем он встал на ноги и понял, что неведомая сила швырнула его о каменное крыльцо одного из тех домов, что окружали площадь. Рядом валялись вардены из его от­ряда, разбросав в стороны руки и ноги, лишившись мечей и шлемов.

И в который уже раз Роран в душе порадовался тому, что в качестве оружия использует молот, ибо многие варде­ны во время этого странного то ли взрыва, то ли затмения ухитрились напороться на собственные клинки или зако­лоть своих же товарищей.

«А кстати, где же мой молот?» — запоздало спохватился Роран и принялся шарить по земле, пока не обнаружил ру­коять молота, торчавшую из-под ног лежавшего рядом во­ина. Он вытащил молот и огляделся.

По всей площади были разбросаны солдаты Гальбато­рикса и вардены. От фонтана и вовсе ничего не осталось, кроме горстки мелких камней, из-под которых неровны­ми толчками била вода. Рядом с бывшим фонтаном — там, где стоял Карн, — лежал почерневший скорченный труп. Его дымящиеся конечности были крепко стиснуты, точно у мертвого паука. Узнать этого жутко обуглившегося че­ловека не было никакой возможности, казалось, что это скорченное черное существо никогда и не было человеком. А вот горбоносый маг каким-то необъяснимым образом уцелел. Он по-прежнему стоял на своем месте, хотя маги­ческий взрыв и лишил его верхней одежды, оставив на нем только штаны.

Неудержимый гнев охватил Рорана. Совершенно не думая о собственной безопасности, он, пошатываясь, дви­нулся к центру площади, твердо намеренный раз и навсег­да с этим магом покончить.

Но голый по пояс заклинатель продолжал стоять без движения, даже когда Роран, шаркая ногами, подошел к нему совсем близко. Подняв молот, Роран перешел на бег и даже издал воинственный клич, который, впрочем, про­звучал так слабо, что даже он сам с трудом его расслышал.

А маг по-прежнему и не думал защищаться.

Только теперь Роран окончательно понял, что этот за­клинатель не сдвинулся ни на дюйм с момента взрыва. Он словно окаменел, превратился в собственную статую, вне­запно перестав быть живым человеком.

Кажущееся равнодушие заклинателя при виде при­ближавшегося к нему Рорана и его необычное пове­дение — точнее, отсутствие какого бы то ни было по­ведения, — совершенно сбили Рорана с толку, и он уже замахнулся молотом, чтобы попросту размозжить магу голову, прежде чем тот выйдет из этого странного ступо­ра. Однако осторожность взяла верх, охладив желание Рорана немедленно отомстить, и он, замедлив шаг, оста­новился футах в пяти от мага.

И правильно сделал.

Если издали этот заклинатель и выглядел вполне нор­мально, то, подойдя ближе, Роран увидел, что кожа его об­висла, покрылась морщинами, как у древнего старика, но самое главное — стала какой-то жесткой, точно шкура дав­но убитого зверя, сильно потемнела и с каждой секундой становилась все темнее, словно все его тело подверглось обморожению. При этом грудь мага вздымалась в такт дыханию, а глазные яблоки вращались в глазницах, как живые! Но все остальное в нем, похоже, утратило способ­ность двигаться.

И пока Роран остолбенело смотрел на него, плечи, руки, шея и грудь мага начали как-то неприятно съежи­ваться, сквозь кожу отчетливо проступили кости — от ключиц до тазобедренных суставов, — а живот повис, как пустой бурдюк. Губы запали, обнажая желтые зубы словно в мерзкой злобной ухмылке, а глазные яблоки стали сплю­щиваться, точно нажравшиеся клещи, на которых насту­пили ногой, и начали проваливаться внутрь черепа вместе с окружавшей глаза плотью.

А вот дыхание мага — какое-то паническое, присви­стом напоминающее звук пилы, — прервалось, но так и не остановилось.

В полном ужасе Роран отступил назад и, чувствуя, что ступил в какую-то скользкую лужу, посмотрел вниз и увидел, что эта лужа становится все шире. Сперва он ре­шил, что это вода из разрушенного бассейна, но затем по­нял, что эта жидкость вытекает откуда-то из-под ступней заклинателя.

Рорана охватило отвращение, он выругался и отскочил на сухой участок. Увидев эту лужу, он догадался, что сотво­рил Карн со своим врагом, и ему стало еще страшнее. По всей видимости, благодаря заклятию Карна из тела мага капля по капле вытекала теперь вся имевшаяся в нем влага.