Карл забрал стакан из его руки, посмотрел на Лору и Энтони, затем на Алека, который, сдвинув брови к переносице, мрачно взирал гневным взглядом прямо перед собой, и быстро возразил:

— Брось, Алек! Ерунда, ей— Богу! Пустяк! Жест Лоры вполне невинен. Лично я расцениваю его так.

— А я… иначе… — медленно, растягивая слова, произнес Алек.

Он хотел встать, но Карл удержал его.

— Не глупи, Алек. Возьми себя в руки, наконец! Сейчас я принесу нам еще чего-нибудь выпить. Обещай, что не двинешься с места, пока я не вернусь. Не послушаешь меня — все испортишь. Я тебе плохих советов никогда не давал, ты знаешь. Поэтому доверься мне. Постарайся успокоиться и быть объективным. Я знаю Лору. Ты тоже. И Энтони — хороший парень!

Алек долго и сосредоточенно размышлял, потом несколько раз глубоко вздохнул, посмотрел на безмятежно беседующих Лору и Энтони и согласно кивнул.

— Все, Карл. Я — в порядке. Ты прав. Не стоит на пустом месте… Ч— черт! Этот ее жест не идет у меня из головы! Хотел бы я знать, почему Лора так сделала? О чем она беседует с Энтони?

Неопределенно пожав плечами, Карл, уверившись, что гроза миновала, пробормотал: «Да мало ли!..» и отправился за напитками.

Утешало в этой ситуации то, что Лора, кажется, не заметила, какую бурю страстей вызвала ее беседа с Энтони.

Они какое-то время просто молча стояли у окна, спокойно вглядываясь сквозь блики стекла в неясные контуры, окутанные темнотой.

— Как ты думаешь, Антуан… — не поворачиваясь, тихо спросила Лора, опираясь руками о подоконник. — Я правильно поступила?..

Искоса взглянув на нее, Энтони мягко улыбнулся и спокойно произнес: — Ты все-таки сомневаешься, Лорелея?.. «Только одно лекарство есть против этого: противопоставить ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ натискам ВООБРАЖЕНИЯ». Это не мои слова. Так сказал французский философ Поль Бурже. По-моему, ты пошла именно по этому пути, Лорелея. И на мой взгляд, этот путь, действительно, единственно правильный.

— Наверное… — с коротким вздохом согласилась Лора.

Они помолчали, вновь устремив за окно задумчивые взгляды.

— Лорелея… — негромко позвал Энтони. — Не надо мучить себя. Александр тебе небезразличен. Ведь так? — на стекле отразился ее робкий утвердительный кивок. — А это главное. Есть и еще одно. Не менее важное. Александр любит тебя.

Она вдруг, чуть повернув голову через плечо, посмотрела на Алека, весело беседующего с Карлом, и быстро отвернулась.

Энтони постучал по подоконнику кончиками пальцев, хотел что-то сказать, но в этот момент услышал тихий голос Лоры.

— Антуан… понимаешь…

Конечно, он не оставил без внимания ее действия, поэтому, не давая договорить, откликнулся:

— Понимаю, Лорелея. Все понимаю… — и внезапно, с неожиданно сильным внутренним чувством, продолжил: — Да ведь это замечательно, что ты, в отличие от большинства, узнала самые разные стороны характера своего мужа! Увидела его при самых различных обстоятельствах! На работе, в быту, на отдыхе. Узнала как руководителя и хозяина, одинокого человека и влюбленного мужчину. Мужчину, способного добиваться поставленной цели! Александр делал все возможное и невозможное, но результат налицо: твоего ответного чувства он добился.

— В том-то и дело, Антуан… Не он… Крис… — едва шевельнув губами, почти беззвучно, с нескрываемым сожалением и горечью вымолвила Лора.

Проницательно посмотрев на нее, Энтони тряхнул волосами и медленно, растягивая слова, как бы размышляя вслух, возразил:

— Ты не права, Лорелея… Пусть позже… но ты обязательно поймешь… что… твое сердце… откликнулось ИМЕННО, — выделил он, — Александру Кристоферу. И не напрасно. Твой муж, Лорелея, достойный человек. Порядочный.

— Может быть. Но лучше тебя, Антуан, все равно никого на свете нет! — с теплотой, глубоким внутренним убеждением, непередаваемой искренностью и особым чувством отозвалась Лора.

Повернувшись, она посмотрела на него лучистым проникновенным взглядом.

Энтони замер и вдруг пылко и страстно произнес:

— «Судьба, подобно распутным женщинам, никогда не бывает так опасна, как тогда, когда она расточает свои ласки»!!! Я наивно и самонадеянно считал себя баловнем судьбы, когда встретил тебя, Лорелея! А в итоге…

— Антуан…

Подняв руку, Лора кончиками пальцев нежно и ласково провела по его виску и щеке. Энтони, осторожно перехватив ее кисть, прикоснулся губами к раскрытой маленькой ладошке и медленно разжал свою ладонь…

Карл заблуждался, когда думал, что ни Лора, ни Энтони не обратили внимания на реакцию Алека. В этот момент они одновременно, почувствовав его взгляд, незаметно и быстро посмотрели в его сторону. Оба ощутили какую-то неловкость и смущение, как будто сделали что-то неподобающее и бестактное. Лора сразу отвернулась к окну и нахмурилась. А Энтони вдруг насмешливо произнес:

— «Люди сделали из судьбы всесильную богиню, чтобы сваливать на нее свои ГЛУПОСТИ». Это утверждение Оксеншерна входит в некоторое противоречие с его же словами, процитированными мною чуть раньше. Но по-моему, он прав как в первом случае, так и во втором. Не так ли, Лорелея?