Карл повернулся к Алеку и невозмутимо предложил:

— Иди в гостиную. Уходить теперь — глупо.

— Пожалуй!

Алек направился в гостиную, а Карл широко распахнул дверь в ожидании вышедших из автомобиля гостей.

Вскоре все четверо появились на пороге гостиной. Лора не смогла скрыть своего удивления, заметив сидящего в кресле с журналом в руках Алека. Тогда как ни Энтони, ни Стас своих чувств никак не проявили. Все спокойно обменялись приветствиями.

Карл, на правах хозяина, только собрался завести общий разговор на какую-нибудь нейтральную тему, как вновь донесся звук подъехавшей к дому машины.

— Ну вот! — громко воскликнул Карл. — Все-таки мама и Дженнифер начали свою встречу с решения насущных политических вопросов!

Алек захохотал, а остальные, недоумевая, переглянулись. И тут же на пороге гостиной появилась стройная, высокая, импозантная, седовласая, модно одетая дама. При ее появлении все дружно встали. Она оглядела поочередно каждого из гостей и быстро и резко произнесла:

— Добрый день! — затем повернулась к сыну. — Карл, вообрази, эта Дженнифер…

— Мама, позволь представить тебе моих гостей.

— Ну хорошо, Карл. Здравствуй, Алек! Что-то ты неважно выглядишь. Вам с Карлом пора бы вспомнить о возрасте и тщательнее следить за своим здоровьем. Вы оба — безответственны и легкомысленны! — заявила она и протянула Алеку руку.

Тот поцеловал ее и, усмехнувшись, сказал:

— Здравствуйте, Грета. Всегда восхищаюсь вашему умению найти для нас с Карлом оптимистичные, ободряющие слова. Особенно радует, что прозвучали они в присутствии молодой девушки.

— Действительно, мама… — начал Карл, но мать перебила его.

Она устремила прямой оценивающий взгляд на стоявшую неподалеку Лору и констатировала:

— Да. Девушка очень молода. И если вы оба этого еще не заметили, сообщаю, что она необыкновенно хороша собой.

— Это Лора, мама. Я тебе расска…

— Так это вы?!! — воскликнула Грета, с возросшим интересом глядя на девушку, и тут же, скептически осмотрев с ног до головы сына и Алека, едко сказала: — Только вам двоим могло прийти в голову предложить такой девушке, как Лора, место уборщицы и поварихи! На большее у вас, что совершенно очевидно, фантазии не хватило. Никогда не думала, что мой сын… впрочем, как и сын моих лучших друзей!.. оба окажутся такими болванами! — она вновь повернулась к Лоре. — А с вашими родителями я знакома. Не близко. Они — дивная пара! Редкая!

— Спасибо, госпожа Хэкман, — довольная ее отзывом о родителях, Лора открыто улыбнулась.

— Я рада, что теперь познакомилась и с вами, Лора. Вы, как выяснилось, не уступаете в экстравагантности своей матери. Впрочем… чему тут удивляться!.. Хотя вы могли бы заняться и чем-нибудь более увлекательным, чем мытье унитазов и чистка картофеля и моркови!

— Я люблю готовить, госпожа Хэкман, — мягко возразила Лора.

— Но только не подумайте, что я с пренебрежением или высокомерием отношусь к профессиям повара, прислуги и прочему. Нисколько! Я — демократка. Мои слова относились исключительно лично к вам и вашему необычному выбору. Карл!!! — неожиданно, без какого-либо перехода, воскликнула Грета.

— Да, мама? — живо отозвался тот.

— А почему этот молодой человек спит? Да еще, стоя?!! Что с ним?

Карл, Энтони, Алек и Лора, не сдержавшись, засмеялись. Грета говорила о стоящем около дивана Стасе, который с отрешенным видом, прикрыв глаза, о чем-то глубокомысленно раздумывал.

— Мама… — изо всех сил пытаясь справиться с наплывом собственных эмоций, принялся объяснять Карл. — Это — Станислав Хендрикс. Старший брат Лоры.

Стас приоткрыл глаза и медленно и вежливо поклонился.

— О вас, молодой человек, слагают легенды! — обратилась к нему Грета. — Как же это благородно и мужественно с вашей стороны, — иронично продолжила она, — сопровождать сестру. Хотя в этом нет абсолютно никакого смысла, поскольку вы погружены в анабиоз. Голубчик, не мучайте себя. Пожалуйста, садитесь! Располагайтесь поудобнее на диване. Не стесняйтесь! — насмешливо предложила она.

Внезапно Стас шагнул к ней, взял руку, слегка наклонившись, галантно поцеловал и по-французски сказал:

— Благодарю вас, мадам! Вы очень любезны. Счастлив, что вы так заботливы и внимательны ко мне. Благодарю.

Грета «расцвела», притянула его голову к себе, ласково поцеловала в лоб и тоже по-французски воскликнула:

— Станислав, вы — прелесть!

Стас, еще раз поклонившись, отошел к дивану и сел, удобно устроившись в углу на подушках.

Грета тем временем развернулась к спокойно стоящему и наблюдающему за происходящим Энтони. Безусловно, его необычайно красивая внешность и экстравагантный яркий наряд сразу же, при входе в гостиную, привлекли внимание Греты. Тем не менее, именно Энтони оказался последним, к кому она обратилась.