тринадцать лет.

– Мисс Милана, но вам придется как-то догнать два года пропущенного обучения.

Джеймс верит в вас, но у меня нет никакой гарантии, что вы действительно на это

способны.

– Мистер Эльбрус Волд, я и вправду хочу здесь учиться. Я постараюсь сделать все, что в

моих силах и оправдать слова свои и мистера Логона.

Я ожидающе смотрела на директора. Раздумывая, он почесывал бороду, а потом сказал, убрав руку от лица:

– Хорошо, я даю вам испытательный срок. Можете присесть, пока мы с мистером Логоном

кое-что обсудим.

– Спасибо, – сказала я, заметив, что мое лицо расплылось в улыбке.

Я села в кресло у книжного шкафа, рядом с вазой конфет. Директор предложил Джеймсу

пройти к столу, стоявшему на возвышении за аквариумом с золотыми рыбками. Я

представляла, как иду по школьным аллеям, представляла себе школьные кабинеты, представляла, как буду здесь учиться, как добьюсь всего, чего только можно.

Кабинет директора, казалось, был завален всем подряд: шкафы были заставлены

книгами, склянками, баночками; со шкафов, с потолка и над дверью свисали дорогие

ткани, украшенные золотыми звездами, фениксами, серебряными волками и

единорогами; меж невысоких шкафов стоял небольшой неработающий фонтан; кресла, стулья были как попало расставлены по всему кабинету; на высоких стенах висели

картины с щедро украшенными золотом рамами – только большой стол пустовал.

После разговора директора с Джеймсом, мистер Эльбрус Волд отправился на завтрак, а

мы в библиотеку. Книг мне набралось много. Пока Джеймс вальсировал вдоль высоких

шкафов, скидывая мне все новые и новые учебники, я носилась за ним с высокой стопкой

книг.

После библиотеки мы направились на завтрак, оставив учебники у двери столовой. Мы

вошли в большой зал. Между столов, стоявших вдоль зала, делая его еще длиннее, был

проход к подиуму, на котором был еще один длинный стол, за которым, как я поняла, сидели учителя, а в центре восседал директор. Мистер Эльбрус Волд, увидев нас, позвал к

столу, махнув рукой. Зазвенел гул голосов. Пока мы шли, ученики смотрели на нас, перешептываясь. Директор встретил нас у ступеней и прошел за деревянную трибуну под

цвет пола, около которой мы встали. Я спряталась за Джеймсом от любопытных глаз и

рассматривала узоры на деревянном полу.

– Тихо, – громко и спокойно сказал директор, и гул затих. – У меня для вас, ученики

высшей школы волшебства, две новости: первая - Мистер Джеймс Логон, учитель

Зельеварения, вернулся после своего недолгого отсутствия.

Я чуть не ахнула. Учитель Зельеварения? Меня поразила сразу два факта: первый - это

зельеварение, второе - мистер Логон учитель, возможно, даже, мой учитель. Джеймс

шагнул вперед:

– Я прошу прощения за свое отсутствие и надеюсь, мы быстро восполним пропуски, –

сказал он тоном подобающим учителю, а потом, тепло улыбнувшись, по-домашнему

добавил – Я очень соскучился по нашим урокам.

Последние строчки его выступления вызвали бурные аплодисменты учащихся. Видимо, его здесь любят, правда, и у меня учитель Зельеварения вызывал теплые чувства.

– У меня есть еще одна новость, – обратил на себя внимания директор, когда

аплодисменты чуть стихли. – Наши ряды пополнились. С сегодняшнего дня мисс Милана

проходит испытательный срок длиной в полгода в нашей школе,– Джеймс, уже стоявший

рядом, толкнул меня, и я шагнула вперед, подняв взгляд, на меня смотрел миллион пар

глаз, они рассматривали и оценивали. Я ужасно неловко чувствовала себя в шортах на

цветные колготки и в кедах перед учениками в красивой форме. Шрам на запястье

пульсировал. Я скрестила руки, сжавшись и пытаясь прикрыться, словно стояла голой.

Директор продолжил: – Я надеюсь, учителя помогут новой ученице наверстать

упущенное, – сказал мистер Эльбрус Волд, посмотрев в сторону педагогов. А потом тихо

пожелал мне удачи. Я, не в силах выдавить из себя и слова, кивнула ему в ответ. –

Староста класса Б, Эван Прус, попрошу вас показать мисс Милане отдельную комнату.

– Хорошо, мистер Эльбрус Волд, – сказал мальчик лет семнадцати, встав из-за стола.