— Что случилось? — донесся до нее словно сквозь туман встревоженный голос Свена. — Я думал, ты уже спать легла. Потом смотрю, а одежды твоей нет…

— На меня напа-а-ли… — всхлипывая, призналась Аглая. — Перстень сняли… И вообще, если бы не Рорик…

Свен вздохнул, сочувствуя ее горю, и повел страдалицу обратно в дом.

— Ложись спать, — настоятельно посоветовал он. — А за кольцо не переживай, я тебе его утром обязательно верну…

* * *

Пробудившись от сна, Аглая сладко зевнула. Ее злоключения прошедшей ночью почти уже выветрились из головы, оставив после себя неприятный осадок, да и только.

Со двора в окна били веселые солнечные лучи, от печки исходило приятное утробное тепло, даже вставать не хотелось. Однако на ходиках обе стрелки подобрались к десяти — разлеживаться времени не было.

Девушка свесила голову вниз, убедилась, что на кухне никого нет, и спрыгнула на дощатый пол. Умывшись из рукомойника, она присела к столу. Чтобы немного привести себя в порядок, ей хватило четверти часа, благо дежурная косметичка в перипетиях вчерашней борьбы не пострадала. Наведя красоту, Аглая надела дубленку и вышла на крыльцо.

Около сарая копошился Майстрюк. Заметив девушку, он приветливо махнул рукой:

— Иди сюда, не бойся!

— А где все? — приближаясь, осторожно поинтересовалась она у статного фермера.

— Кто все? — переспросил Майстрюк, будто не понимая вопроса.

— Ну, эти… Гуськов, Азарга, Рорик…

Свен убрал с лица благодушную улыбку, посмотрел в направлении леса.

— Ушли… — коротко бросил он, после чего полез в карман душегрейки. — На вот, возьми…

Золотой перстенек с аметистом перекочевал из мужской руки в ее ладонь.

— Ой, спасибо! — обрадовалась Аглая, надевая его на палец. — Это ведь не просто украшение. Он мне от бабушки достался.

— Понятное дело, — отозвался фермер. — Память! Ну ладно, сейчас позавтракаем, а потом я тебя до машины на снегоходе подброшу. Мешки с кожами я уже уложил.

— А откуда у вас кожи? — полюбопытствовала девушка, заглядывая внутрь сарая. — Вы же скота вроде бы не держите.

— У мясокомбината шкуры закупаю, — доверительно сообщил Майстрюк, — потом выделываю. Это Гусаков меня кое-чему научил, он мастер замечательный. Сейчас вот новая партия в чанах отмокает. Фирма может не волноваться…

Собеседник на миг умолк и добавил чуть тише:

— И Ващенке еще передай, чтобы человека присылал по уговору, через три недели. А то вот свалилась как снег на голову. Не вовремя.

— В полнолуние? — догадалась Аглая и поежилась. — Значит, все ваши гости в самом деле…

Свен ничего не ответил и направился к дому.

За завтраком разговор возобновился — так велико было желание девушки пролить свет на вчерашних пришельцев из леса. Для доверительного общения она даже перешла с сорокалетним мужчиной на «ты».

— Свен, кто они? Откуда пришли? Дыра во времени?

— Какая ты шустрая, — ухмыльнулся Майстрюк, прихлебывая чай, — все-то тебе расскажи. А я и сам мало чего об этом знаю…

— Знаешь! — обиделась Аглая. — Я видела, как ты кровь из вены у Азарги брал. Ты ведь не просто фермер!

— Просто, не просто… Ну, положим, кандидат биологических наук. Устраивает?

Собеседница с удивлением воззрилась на хозяина усадьбы — не разыгрывает ли он ее? Нет, в правдивости его слов можно было не сомневаться.

Аглая мысленно представила своего нового знакомого в цивильном костюме, белой рубашке и галстуке. Да, наверное, ученый-биолог из него получился бы. Не седенький профессор, дышащий на ладан, а подтянутый кандидат наук с амбициозными планами стать академиком. Вот только как быть с мозолистыми руками и выделкой кож? Может быть, он удалился в провинцию, устав прозябать на мизерную зарплату высоколобого интеллектуала?

— А почему ты живешь здесь, Свен? — решилась-таки Аглая проверить свою версию. — Разве в городе нет работы по специальности? Или это как-то связано с ночными визитерами?

Майстрюк усмехнулся.

— Ты хочешь знать, почему я здесь? Долгая история…

Скупой ответ только подлил масла в огонь.

— Я никому ничего не скажу! — решительно выпалила девушка.

— Ну ладно, — немного подумав, произнес Свен. — Все равно не поверишь.

— Почему?

— Дело в том, что Рорик, Гусаков, Буров, Азарга и трое его воинов — люди, но люди необыкновенные. А правильнее сказать, даже и не люди. Нелюди, одним словом.

Аглаю такое вступление привело в замешательство, но она быстро пришла в себя и обратилась в слух.