Проснулся он от того, что кто-то начал его распихивать. Вставать не хотелось категорически — ночь, проведённая в кресле, давала о себе знать нытьём во всём теле.

— Просыпайся, воен. За бортом +15, пять утра, ясная погода…

— И рота красноармейцев ещё скажи. Артемьев, зачем тебе понадобилось моё бренное тело, а? Только не говори, что «граница» желает проверить груз и всех пассажиров.

— Если бы. Пока ты спал, пришло предупреждение о Выбросе и эти ребята хотят нас если не развернуть, то некоторое время придержать.

— Ну постоим, подождём, первый раз что ли?

— Я не совсем понял, но вроде как этот Выброс намечается каким-то необычным и они там сами не знают что делать. Вот поэтому мне и нужен представитель науки в твоём лице, который пролил бы лучик света на сложившуюся ситуацию. Нам, солдатам, недоступно… да, я бы на твоём месте посмотрел на горизонт.

— А может кто-то наверху решил нас задержать как пособников опального начальства?

— Понять не могу, кого я сейчас разбудил — тебя или твою паранойю? Транспорт поддерживает постоянную связь с центром, и им оттуда проще было бы скинуть нам приказ об изменении маршрута, для начала. Была бы туфта какая — в предупреждениях уже как в шелках были бы.

На горизонте и впрямь наличествовали предвестники скорого Выброса — красное сияние на западе никак не могло быть утренней зарёй. По сводкам, впрочем, чего-то необычного не предвещалось, и Макс собрался было высказать Артемьеву всё, что он думает о людях, которые относятся ко сну своих товарищей неподобающим образом, но возникло нехорошее подозрение, что сводки, в связи с последними событиями, могли попросту не обновляться. Тем временем транспорт уже подъехал к воротам, отделяющим Аномальные Территории от остального мира, где был остановлен существом в военной форме, имевшим миловидное женское личико. Артемьев надел шлем, закинул автомат за спину, вылез из кабины, и жестом показал Максу следовать за ним. Захарову он наказал на всякий случай запустить систему обнаружения и противодействия аномальным излучениям. Пусть волны выбросов до «границы» не доходили, и он об этом прекрасно знал, но мало ли что. По его мнению, Аномальные Территории не могли не способствовать развитию в некотором роде аномального мышления.

— Катюха, — он подошёл к миловидному существу в военной форме и протянул ей путевой лист, — что у вас тут происходит-то? А, вот познакомься: Макс Нимов, светило аномальных наук.

— Сержант Крылова, можно просто Катя, — представилась девушка. — Кость, спроси чего полегче. Ночью на пост вышел какой-то мужик, как я поняла, из сталкеров. Наши его, естественно, оттащили к дежурному для выяснения кто он и откуда, тем более, что мужик этот сам к дежурному рвался. Ты про такое слышал когда-нибудь, чтобы сталкеры сами на пост ломились, да ещё и к дежурному прямиком? Там он первым делом задал вопрос, где его будут содержать, выше уровня земли или в подвале, а потом выдал, что этот выброс будет не просто сильным, а очень сильным и что возможно даже смещение границ, если не хуже. Дежурный наш, понятное дело, посчитал, что мужик просто перепил и чудит, затребовал прогноз по предстоящему Выбросу… чего я вам рассказывать-то его буду, вы сами у себя этот прогноз видели, но дежурному слова мужика видно очень сильно запали в душу и он под свою ответственность приказал никого на Аномальные не пускать. Вы у нас сегодня первые.

— Иваненко сегодня дежурит, да? Может, я с ним сам поговорю?

— Попробуй. Только не пропустит он. Сказал, как отрезал, что после выброса — пожалуйста, а до выброса чтоб и не просили даже.

— А я, пожалуй, всё же попытаюсь. Миш, что там?

— Ерунда какая-то. На экране высвечивается, что как будто волна на нас идёт, да вот только горизонт чист. Фон вроде тоже расти начал.

— Макс, можешь взглянуть? Я в этих делах не спец… Взревела сирена.

Позже дальнейшие быстротечные события Макс вспоминал урывками. В голову как будто что-то ударило, мир вокруг замер, стал серым, а затем навалилась тишина. Зажёгшийся на экране компа индикатор крайне высокого уровня пси-излучения и вместе с ним индикация работы мед. модуля. Ореол сработавшей артефактной защиты, обволакивающий бронекостюм голубоватым свечением. Падающая на землю Катя, а вместе с ней ешё несколько пограничников, находившихся неподалёку. Забрало шлема как будто запотевшее снаружи. У пары солдат, стоявших без шлемов, лица покрываются волдырями как после ожогов. Голова закружилась, повело. Бледный Артемьев, идущий шатающейся походкой к Кате и он же, показывающий жестом, что её необходимо втащить в транспорт. В глазах задвоилось. Что-то кричащий Захаров. Свечение вокруг транспорта. Вроде бы как они с Артемьевым, Захаровым и Шибахарой втаскивают Катю в транспорт. Шипение закрывающейся двери и, судя по ощущениям, резкий старт Мамы. Приближающийся пол…

Реальность возвращалась постепенно. Сначала вернулось зрение, и перед глазами Макса предстал трясущийся рифлёный пол транспорта, затем вернулся слух — сквозь шум в ушах постепенно проступал рёв Захарова.

— …илы, ид. оты. Новобранцы туевы. Кто вообще этих понторезов на службу призвал? Кто им автомат-то в руки дал? Куда Иваненко смотрел? Выброс же идёт, а они на улице стоят, да ещё без шлемов.

— Куда мы…. едем? — Артемьев, судя по всему, очнулся раньше.

— А куда мне ещё, кроме как не вперёд, было ехать, а, мля? У меня долбаная система защиты орёт, что если за две минуты из пси-поля не вырвемся, то кранты нам всем, а вы там пограничницу эту тащите, хотя в отключке валяться должны оба. — Захарова трясло, однако транспорт он вёл уверенно. — Ты бы со стороны себя, капитан, видел. Серый весь, что тот мышь, слюна изо рта льёт и взгляд пустой. Какой тебе командовать, ты пару слов связать не мог, мычал только херню разную. Нимов так тот вообще выключился нах, а подругу вашу так с самого начала вырубило в ноль, хорошо японец этот помог. Мне что, нужно было сраной команды из центра ждать или разрешения на проезд от дежурного по посту? Так связь с ним сразу же накрылась, только на экране отображалось, как волна эта идёт, да система защиты орала. И я тебе больше скажу: если бы не Мама, то были бы мы сейчас все что те жмурики, которых вы там у себя на Третьей отстреливали. За дурака меня не держи, знаю я, чем заканчивается попадание в пси-аномалию, а тут она волной прошла. Мне её догонять надо было, да, чтобы уж наверняка нам коней двинуть? Так что ни слова про то, что я ворота снёс и на Аномальные рванул. Нахрена вы эту жмурку на борт тащили вообще? Чуть все не полегли из-за неё.

— Миш, не кипешуй, нормально всё. — Артемьев потихоньку приходил в себя, хотя лицо его по прежнему имело очень бледный вид. — Ты лучше расскажи, что это вообще было. Какая, нафиг, пси-аномалия на границе? И почему окна закрыты все?

— О, соображать начал. А я думал, тебе мозги выжгло. Кэп, ты извини, но мне сейчас не до субординации. — Захаров потихоньку успокаивался. — Я с конца начну, лады? Форточки Мама сама закрыла, когда снаружи Выбросом накатило. Я уже полчаса по приборам еду, если что, там снаружи ад кромешный был и полный писец, только минут пять назад успокоилось вроде. Сейчас машину остановлю, всё равно основной удар уже пережили, можем теперь не спешить.