— Надо послать людей к колодцу возле предполагаемого места похищения, — сказал я.

— А что там? — спросил Маркоб.

— Там есть старый колодец, заваленный большими камнями. В нем находятся убитые.

— Что? — вскричал Маркоб.

— Все, кроме семьи его величества.

Он перевел дыхание.

— Откуда вы узнали?

— Называйте это ясновидением.

— Хорошо, надеюсь, что вы не ошиблись. Я пошлю людей. Как определить, где колодец?

— Если идти влево, не сворачивая от столба с доской, что стоит у дороги, то наткнешься на груду беспорядочно наваленных камней. Но это еще не все! Я уверен, что на берегах Уду-дуса вы королеву и наследников не найдете.

— Почему?

— Они в совершенно противоположной стороне.

— Как вы узнали? Опять ясновидение?

— Корабль, за которым вы охотитесь, ушел в Кильдиаду для отвода глаз, а преступники скрылись на берегах Алаконики.

— Почему вы так думаете?

— Я знаю.

— Но этого мало, чтобы убедить короля.

— Разыщите колодец, а там решайте.

Маркоб послал людей в указанное мной место. А я все думал. То, что похищенные находятся в Алаконике, я понял по одной причине, в тот день возле источника видели паломников-мужчин из Алаконики. Они были одеты в характерные для алаконийцев одежды: короткие плащи с большими плечами, широкие черно-белые шарфы, обмотанные вокруг шеи или головы.

И что-то еще едва уловимое указывало на Алаконику. Я пока еще сам не понимал — что.

В местечке Лупу было несколько целебных источников. Возле одного была построена купальня и богатые люди принимали целебные ванны.

Небольшой храм, в котором молились местным богам: Харнону, Бару, и Лиидике.

Священному буйволу, и Огненной лошади, от которой пошли лучшие породы анатолийских лошадей. Вообще, в Анатолии издавна разводили три породы лошадей — изящных и быстрых как ветер скакунов, тяжелых и крепких коней, на которых могли воевать тяжеловооруженные всадники, и еще, рыжих кобыл, которые ценились весьма высоко и давали безупречное потомство.

Кроме того, выводились крепкие лошади для работы и перевозки грузов. Огромные исполины с мощными и лохматыми ногами.

— Вся Анатолия, — язвительно шутил Тамелий, — это одна большая конюшня.

Но, так или иначе, она жила этим, продавала в другие страны своих лошадей и они являлись источником ее богатства. И, конечно же, верования анатолийцев были неразрывно связаны с лошадьми. Лиидика — богиня с головой белой лошади, Харнон трехголовый конь с жеребенком, страшненький рогатый Бар, покровитель коневодов, держит подкову в руках.

Мои предположения подтвердились. Об этом мне сообщил мой анатолийский друг.

— Как вы узнали, что они в колодце? — спросил запыхавшийся Маркоб. — Мы обо всем доложили его величеству. Он вне себя! Как же это место просмотрели сразу. Все сопровождающие королеву и наследников погибли странной смертью: их закололи одинаковым способом, прямо в сердце, а уж потом сбросили в колодец. Один из людей, убивший их, уроженец Алаконики.

— Почему вы так решили?

— Потому что среди останков нашли вещь, не принадлежавшую никому из убитых. Ее зажал в руке погибший придворный. Видимо, он успел сорвать ее с кого-то из нападавших. Это амулет на кожаном шнурке, такие носят уроженцы Алаконики.

— Возможно, вы правы. Я думаю, что его величеству не следует спешить с военными действиями против Кильдиады. У меня такое чувство, что корабль ушедший туда, возник для отвода глаз. А семейство увезли на другом корабле или даже по суше.

— По суше невозможно. Мы проверяли и не нашли их след. Не так уж много дорог, по которым их могли увезти. Им не миновать крепостей.

— Тогда по морю.

— Но куда?

— Мне кажется, что их увезли или в Бонтилию или в Алаконику. У его величества не возникало никаких трений с Бонтилией?

— Трения существуют всегда, несмотря на то, что Бонтилия наш союзник против Кильдиады. Зачем ей это? Рискованно и глупо.

— Почему? Его величество даже не подозревает об этом.

— Вы думаете, что у бонтилийцев есть какой-то тайный план?

— Если его величество ввяжется сейчас в войну против Кильдиады, то кому это выгодно?

— В том то и дело, что бонтилийцам сейчас это не на руку. У нас с Бонтилией идет торговля. Налажены хорошие отношения. Нет. Тут что-то другое. А зачем Алаконике это надо? Вы меня не убедили.

— И все-таки, вы нашли улику.

— Да. Это серьезный аргумент. Но точно также он может указывать на то, что кильдиадцы наняли чужеземцев. Чтобы отвести от себя подозрения.

— А зачем? Если все делалось, для того чтобы начать войну.

— Возможно, чтобы диктовать нам свои условия.

— Так ведь никто ничего не диктует.

— Пока. Выжидают время. А что вы предлагаете?

— Надо проверить мои предположения. Все очень странно. Не похоже на то, чтобы Кильдиада сейчас готовилась к войне.