— Да я не про то, — Жоаким досадливо двинул кулаком по дощатому настилу. — Меня эта черная образина тревожит, мать ее за ногу. На кой дьявол мы ее в город впустили?

— Сам же слышал, теперь это наш союзник. Он прогонит «диких»! — Патрис иронически воздел руки кверху.

— Сам-то веришь? — Жоаким вздохнул, взял щепоть семечек из насыпанной горки на досках, закинул в рот.

— Жо, это бес. Силы у него немеряно. Его ничего не берет, даже гранаты, ты же видел.

— Фот-фот, — мрачно кивнул Жоаким, прожевывая семечки вместе с кожурой. — Тьфу! Это меня и пугает больше всего. А если у «диких» колдуны сильнее, и они его на свою сторону переманят? Тогда эта гадина в спину ударит.

— Думай, что говоришь — кто может быть сильнее пророка? — возразил Патрис рассудительно.

Капитаны помолчали, глядя на кипение жизни города внизу. Люди осваивались, привыкали к осаде. Голопузые малыши бегали друг за другом, прятались в узких щелях между домами, играли в ведомые только им игры. У дальних бараков девушки полоскали белье в тазах, две товарки уже успели поссориться, хлестали друг друга скрученными жгутами одежды. Их дети стояли рядом, и, открыв рот, глядели на разгоряченных мам. Наконец, одни из соседок не выдержала и разняла драку потоком мыльной воды.

— Вот курицы! — Жоаким раскатисто расхохотался.

Патрис улыбнулся, поглядел на вышку. Солнце палило невыносимо, и Диаш сел на край, свесил ноги вниз, умывался водой из фляжки. Капитан хотел его одернуть, но передумал. Парень торчит у пулемета с самого утра, пусть передохнет. Тем более, что пока тихо. Горилла обещала, что дикие не нападут до следующего утра. Правда, можно ли верить этому дьяволу?

— Как ты думаешь, Жо, мы выдержим? — Патрис взял следующее семечко.

— Если они разом навалятся, то нет, — Жоаким утер пот со лба. — А они не дураки. Думаю, будут атаковать одновременно с нескольких сторон. Когда проломят стены, наша песня спета.

— Но мы их взгреем, — Патрис оскалил белые зубы. — Предлагаю на спор — я из своей винтовки завалю не меньше двадцати.

— Давай, — согласился Жоаким, — Когда они подойдут ближе, я их нащелкаю с полсотни. Потреплем изрядно, понятное дело. Но если прорвутся, их уже не сдержать.

Капитаны опять замолчали.

— И еще эти. Отряд Джонаса. Пророк велел им выдать оружие. Эта тварь сказала и мы выдали! — Жоаким ударил кулаком о ладонь. — Откуда этот бес лесной взялся? Зачем пророк его слушает?

— Лишние люди на стенах не помешают, — Патрис лениво почесал лопатку. — А вообще, не нашего ума это дело — духи, демоны. С ними только пророк может сладить.

— Они из леса совсем другими вернулись… Одурманил их этот дьявол, что ли, не пойму. Не доверяю я им, короче, — путано закончил Жоаким.

— А куда их поставил?

— На участок рядом с собой. Буду приглядывать. Если что… — он погладил пулемет, стоявший на сошках.

Патрис привстал, взялся за винтовку, провел прицел по кромке леса.

— Чего там? Не рыпаются?

— Пока нет, — Патрис задумчиво разглядывал диких. Они отступили в лес, и только отдельные фигуры мелькали в разрывах плотной листвы. Похоже, противник держал слово — не нападать до рассвета. «Послать ребят в поле, набрать ямса — еда никогда не помешает?» — мелькнула шальная мысль.

«Не мели вздор, — сам себя одернул Патрис. — Завтра все решится, и если будет штурм, нам никакая еда уже не понадобится. А гонять солдат и подвергать опасности — дело пустое».

— Я вот что думаю, — Жоаким встал рядом, облокотился на бамбуковый выступ стены. — Может, пока они расслабились, собраться да ударить?! Или вечерком, когда их разморит.

— Ага, вечерком они как раз проснутся, — хмыкнул Патрис. — Некоторые из «диких» вообще ночные.

— Ты почем знаешь? — покосился Жоаким.

— Охотился как-то с ними. Ночью, — ухмыльнулся Патрис. — Шучу. Экспедиция Мобуту столкнулась с ними неделю назад.

— Мобуту вроде сгинул.

— Да, но успел передать, что эти перемещаются и атакуют по ночам. Мобуту как раз собирался накрыть их деревню.

— А накрыли его самого, — Жоаким вздохнул. — Жалко Мобуту, хороший капитан был.

— Жалко, — согласился Патрис.

— Слушай, а может пророк поразить их с небес? У него же есть летающая машина?

Патрис устало вздохнул. Несмотря на свой рост и силу, Жоаким иногда вел себя, как пятилетний.

— Жо, давай ты сам у него спросишь, а? Подойдешь, по плечу хлопнешь — брат Омуранги, а чего ты на летающей машине на «диких» не нападаешь? А я погляжу, что он тебе ответит.

— А что — и спрошу! Запросто, — вспыхнул Жоаким. — Сверху-то их бить удобней, вот что я думаю.