Человек.

Это самое большее, что смогли определить дроиды после изучения смазанных отпечатков пальцев на ручке управления и на мягком сиденье гравицикла. Ещё они нашли на репульсорной машине волокна, волоски и прочие улики. Облик неизвестного сообщника Дуку постепенно начал вырисовываться.

Дайн, сосредоточенно глядя на портативный компьютер, подошёл к Мейсу и Шаак Ти.

— Господа, хочу сказать, что поиски вывели нас на новый уровень.

Мейс оглядел тоннель в поисках скрытого турболифта или лестницы.

— Наверх или вниз? — спросила Шаак Ти, как и он, сбитая с толку.

Дайн поднял на тогруту глаза и прищурился.

— Я имел в виду «новый уровень» не в буквальном смысле. — Он указал на парящих дроидов, которые сигналами приглашали поисковую партию следовать за ними к востоку. — Если мы зайдём по следам достаточно далеко, то закончим прямо в подвале дома 500 по Республиканской улице.

Дроиды двинулись дальше по коридору, и Мейс проводил их взглядом.

Дом 500 по Республиканской улице. Там живут тысячи богатейших корускантских сенаторов, судовладельцев, медиамагнатов, различных знаменитостей.

И один из них, весьма вероятно, владыка ситов.

И Конфедерация, и Республика уже вряд ли могли причинить вред Тайту — после всего, что сделала с ним несколько поколений назад корпорация «ЛайМердж Энерго». Из космоса поверхность планеты, мелькавшая сквозь покров серых облаков пепла, выглядела так, будто её первоначальный цвет слизнула огненная вспышка, или соскоблил сильнейший метеоритный дождь. Однако шрамы у Тайта возникли не по этим причинам. Причиной была сама «ЛайМердж»: её попытки разрабатывать богатые месторождения природной плазмы привели к глобальной катастрофе.

И всё же три огромных дрейфующих в космосе корпуса, которые раньше принадлежали республиканским крейсерам, пали жертвами отнюдь не этого катаклизма: они не выдержали под натиском атаки сепаратистов, быстрой и беспощадной. Три обгоревших, вспоротых остова, окружённые облаком собственных внутренностей, болтались на полпути между противоборствующими группировками сепаратистского и республиканского флотов.

— Надеюсь когда-нибудь отплатить Дуку и Гривусу той же монетой, — сказал Энакин по тактической сети, когда вырвавшаяся из трюма «Честности» Красная эскадрилья понеслась к Тайту.

— Мы этого не сделаем, потому что иначе не сможем сосредоточиться на Силе, — парировал Оби-Ван.

Энакин зарычал.

— Придёт время, когда им придётся ответить лично перед нами, и именно Сила будет вести наши клинки.

Два истребителя летели рядом, практически крыло к крылу. Красноватая звезда — солнце Тайта — была у них за спиной, а корабли, составлявшие флотилию сепаратистов, грозно выстроились над северным полушарием планеты. Дроиды-астромехи Р2-Д2 и Р4-П17 занимали положенное место в своих гнёздах.

В нескольких точках выхода из гиперпространства сепаратисты разместили мины: таким образом, минное поле и выводок лун Тайта, выстроившихся в виде двухсотградусной дуги, оставили кораблям Республики лишь узкое окно для возврата в реальный космос. Основные корабли Торговой Федерации, ТехноСоюза и Гильдии коммерции заняли край этого окна, выстроившись от северного полюса до экватора над освещённой стороной Тайта. Всё пространство перед кораблями кишело дроидами-истребителями.

Республиканские корабли расположились широким фронтом, подобно стае хищных рыб, и направили треугольные носы к планете, чтобы уменьшить площадь поражения. Красная эскадрилья вместе с другими лётными соединениями мчалась по направлению к врагу, но была ещё далека от авангарда «стервятников» и три-истребителей.

— Вираж на правый борт по моей команде, — приказал Энакин пилотам. — Внимание на мониторы отсчёта. Десять секунд до броска…

Оби-Ван не сводил глаз со счётчика вверху тактического дисплея приборной панели. Когда тот дошёл до нуля, он рванул ручку управления вбок и, сломав строй, вырвался в открытый космос.

Оперативное соединение Республики, располагавшееся позади джедаев, эскадрилий V-крылов и истребителей АР-170, повернуло влево и накрыло далёкие сепаратистские корабли яростными бортовыми залпами. Слепящие плазменные стрелы проносились сквозь пространство, вспыхивали на щитах вражеских кораблей и разносили на атомы попадавшихся на пути дроидов-истребителей.

Первые выстрелы флотилия сепаратистов поглотила, даже не дрогнув; лишь повреждённые корабли начали медленно отступать. Затем армада Конфедерации разразилась столь же яростным заградительным огнём. Турболазеры смолкли. К этому моменту строй республиканских кораблей уже был сломан, в сердцевине у них вспыхивали маленькие солнца, а разряды синей энергии прыгали по защищённым щитами корпусам. Как только утих заградительный огонь, эскадрильи истребителей перестроились и набрали скорость, пытаясь подобраться к крупным вражеским кораблям раньше, чем их орудия и щиты успеют восстановить заряд.