схватке Посвященным.

Губы девушки изогнулись в приветливой улыбке, в голубых глазах появилась толика

тепла. В знак доброй воли волшебница притушила защитные сферы, спросила с

интересом:

— Как ты узнал, что я ищу его?

— Я мистик, милая дама! — проскрипел колдун. Платон почувствовал себя увереннее,

снова свернул на дурашливую манеру. Поправил воротник в щегольском жесте,

хихикнул. — Этим все сказано! Так что?..

— Договорились, — быстро сказала Моран. — Временный союз… Ты получишь кровь, я

парня. Ни больше, ни меньше. Где он?

— Не спеши, девочка! — скрипнул Злыдень. Погрозил пальцем. — Неужели думаешь, я

настолько глуп? У тебя на лице написано — узнать, что нужно и сбежать!

Поклянись!

Ценой огромных усилий Моран удалось сдержать гнев. Взгляд волшебницы опять

похолодел, краешек губы дернулся. Клятва чародеев священна, слова записываются в

Астрал. И если нарушишь — настигнет откат, страшное проклятие.

Грейс подняла руку, собранными в щепоть пальцами начертала в воздухе круг и две

прямые — Зодиакальный Крест. Сквозь зубы прошипела принятую формулу:

— Я, Грейс Моран, посвященная третьего уровня, клянусь Солнцем, что отдам тебе

кровь Александра! Клянусь не нарушить союз, не предать, не навредить!.. Доволен?

— Хм… Я думал клятва посложнее, — пробормотал мистик и ухмыльнулся. — Ладно… Я,

Платон Мельников, магистр Снов принимаю клятву! Аминь!

— Отлично! — фыркнула волшебница. — Теперь говори…

Моран осеклась и прислушалась. Поисковое заклинание подсказало, что сюда

движутся чужаки. Легкая дрожь в эфире, блеклые отблески мыслей и чувств. Волчица

подняла защитные сферы, повертелась на месте. Направление?.. слева! Да, точно!

Но кто?.. Ощущения непонятные, искаженные…

Посвященная всмотрелась во тьму. Видно лишь на пять шагов вперед: скамейка,

несколько черных столбов, корявые линии — деревья, ближайший фонарный столб с

оранжевым ореолом слабого света. Дальше темнота и еще несколько размытых

желтоватых пятен, напоминающих огни маяка. Стучали капли, шуршала листва, гудели

автомобили…

И тут обостренный слух Грейс различил иные звуки. Собачий лай, ликующий и

радостный, топот лап и скрип когтей. Одновременно раздался звонкий стук,

хрипение… Звуки с каждым мигом становились громче, приближались. Взгляд Моран

случайно уперся в землю. Волшебница вскрикнула, попятилась… Мокрый черный

асфальт стремительно белел. Буквально на глазах капли воды превращались в

кристаллики льда, вырастали иголки инея. Ужасный холод проник сквозь толстые

подошвы ботинок, впился в кожу и укусил пятки. Грейс пошатнулась, и неловко

взмахнув руками, упала на колени. Пальцы попали в холодную сухую труху, сразу

онемели. Девушка замычала и попыталась подняться. Но тело еще минуту назад

полыхавшее силой и здоровьем отказалось подчиняться приказам. В глазах темнело,

внутренности скручивало от острой боли. Защитные сферы лопнули, брызнули дождем

желтоватых искорок. Энергия ушла в землю, впиталась в холодный иней.

Грейс поглотил ужас. С усилием приподняла голову, посмотрела в направлении

опасности. Стук копыт и лаянье все громче. Сейчас будут здесь…

На плечи легли тяжелые руки, обожгли сквозь толстую кожу куртки. Грейс

почувствовала, что свобода движений возвращается, тело оттаивает.

— Не шевелись! — приказал колдун. Жесткая козлиная борода неприятно мазнула по

щеке. — Застынь! Бежать нельзя, увидит. Кто-то призвал Проклятого Охотника и его

свору…

В поле зрения Моран появилась сухая скрюченная ладонь похожая на птичью лапу.

Каков хозяин, такова и рука: темные, узловатые и неухоженные пальцы, обломанные

и погрызенные ногти с ободками грязи. Грейс затрясло от омерзения. Захотелось

сбросить лапу нахала с плеча, отпихнуть подальше. Но волшебница понимала –

нельзя. Колдун сумел противостоять, даже определил природу неизвестной напасти.

Пальцы поочередно сложились в несколько фигур. Грейс увидела черную линию,

ползущую по инею. Словно змея обежала вокруг нее и колдуна, замкнула контур. Из

земли ударили струйки черного дыма, уплотнились, превратились в стену, а потом и