Шрифт:
— Ну а ты-то здесь при чем?
— Он влез в ежедневник Павла Петровича Стрельцова. Нашел адрес моей электронной почты. Стрельцов уверен, что я сотрудничаю с милицией. И этот Мики решил довести до сведения...
— А почему он в милицию не придет?
— Не знаю. Говорит, есть причина избегать общения с органами.
— И ты думаешь, что этот Мики — Антон Со-сновский?
— А кто?
— Вообще-то хорошая версия. Ладно, работай. Только дай мне почитать, что он пишет. И все, что прислал П.П. Стрельцов, тоже. Раз считают, что . ты мой осведомитель, пусть так оно и будет.
— Стае, это не совсем порядочно.
— Вот как? Порядочно кинуть папашу в состоянии инфаркта и пойти по девочкам, прихватив единственный рабочий телефон?
Люба ничего не сказала. Села за компьютер, подключила модем. Она не ошиблась: сообщение от Мики было. Стае, лежа на диване, внимательно следил за всеми ее манипуляциями. Послание же было не слишком длинным.
Вы не ответили на мой вопрос, Доктор: что мне теперь делать? Олег Анатольевич Петров таинственным образом исчез. А я абсолютно уверен, что это он убил Михаила Стрельцова, а не Полина. У меня есть доказательства.
К сожалению, я не могу пойти в милицию, как уже говорил. Дело в том, что я скрываюсь от армии. По натуре я убежденный пацифист, к тому же человек физически не очень сильный. Я смертельно боюсь всей этой дедовщины, а особенно если придется ехать в так называемую горячую точку и брать в руки автомат. Нет, смерти я не боюсь. Боюсь того, что гораздо страшнее: крови, боли, плена, пыток. Поэтому уже несколько лет я скрываюсь, живу не по тому адресу, по которому прописан. Денег же, чтобы откупиться, у меня нет, болезни, по которой можно сказаться негодным для армии, тоже. Да сейчас в армию берут с любыми болезнями.
Если бы вы смогли со мной встретиться и поговорить. Тайно, один на один. Я бы рассказал вам о том, какие у меня есть доказательства. Вы согласны, Доктор?
Мики
— Ни в коем случае!
Люба вздрогнула от неожиданности. Стае встал, подошел неслышно и теперь стоял у нее за спиной, читал то, что высвечивалось на экране монитора.
— Да почему же?
— С какого дуба он упал? Если это Антон Со-сновский, зачем надо сочинять подобную чушь?
— Но он же еще не знает, что ты разговаривал с его матерью. Вернее, не знал, когда писал мне все это. А с милицией действительно не хочет встречаться. Не хочет рассказывать правду о
смерти отца. Вот и представился другом детства и сочинил историю про бегство от армии. Как думаешь, он действительно что-то знает?
— Я думаю, что много. Один факт знакомства с Полиной... Слушай, а если в тот вечер в доме все-таки был посторонний?
— Может, мне встретиться с ним и поговорить?
— Да ты мне всю малину испортишь!
— Ах, наше опервысокоуполномоченное величество хочет само!
— Кто-кто?
— Люська так недавно про тебя сказала.
— Люба, сидела бы ты дома. Пока Градова не поймали — не выходи никуда.
— Хорошо.
Она быстро набила на компьютере:
Не располагаю свободным временем. Как только появится возможность, мы обязательно встретимся и поговорим.
Доктор
Ответа Мики не прислал.
— Не выключай компьютер, — попросил Стае. — Послания Стрельцова хочу почитать.
— Не поздно?
— А что, там «Война и мир»? Люба хихикнула:
— Ладно. Там действительно немного. Читай на здоровье, а я пока пойду выпью кофе. Голова что-то болит.
— Пить надо меньше.
Люба только вздохнула, не стала язвить в ответ и открыла ему первое послание Павла Петровича, потом показала, что и где искать дальше. Вернулась она минут через двадцать, включила телевизор, убавив звук. Через полчаса заметила, что Стае уже не читает, сидит, думает.
— Все. Давай спать. Закончил. — Он встал, потянулся сладко, сделал пару наклонов и полез на диван. — Все-таки куда он тратит деньги, этот Антон Сосновский?
Люба сняла халат и легла рядом. Улыбнулась в темноте, спросила в шутку:
— У нас сегодня любовь или дружба?
— Дружба.
— Но погреться хотя бы можно? Похолодало что-то.
Она придвинулась поближе, положила руку ему на живот.
— С ума сошла?! Лапа холодная!
— Раз спишь в моей постели, то хотя бы грелкой отрабатывай.
Он проворчал что-то, потом обнял ее, начал дышать в шею, пытаясь согреть. Люба фыркнула еле слышно, потому что было очень щекотно. Но зато минут через десять она окончательно согрелась и не заметила, как задремала. Все-таки то, что Стае временно поселился у нее, было очень здорово. По крайней мере, Ромео не так-то просто будет справиться с ними обоими. Пусть-ка придумает что-нибудь особенное.