– Сейчас… давайте сначала соберемся, – Эйлин поднесла руки к вискам. – Рик, что ты здесь делаешь?

– Я остался, – просто ответил Эрик Рист.

Анри де Верг отвел глаза. Что он увидел здесь, в роще? Дракона, ковыляющего с перебитым крылом?

– Значит, нас шестеро, – подытожила Эйлин. – Двое магов и двое драконов… и книга Корлина. Что мы можем?

– Я еще не давал согласия… – начал Анри. – Книга Корлина?

– Да, – Эйлин глубоко вздохнула и посмотрела на меня. – Видишь ли…

Я покачал головой:

– Эйлин, подождите. Дайте мне одну минуту.

Анри удивленно посмотрел на меня. Ну да, я же осмелился приказывать его наставнице… Я улыбнулся про себя: еще несколько часов назад я барахтался в огненной паутине, в его власти. А когда-то он победил меня на дуэли…

Спросить бы его: «Анри, ты книжку написать не думаешь? Под чужим именем?» Откажется ведь…

Я тряхнул головой. Что за бред в голову лезет?

Небо еще темнело, ревниво натягивая на себя звездное одеяло. Но скоро рассвет. Совсем скоро.

Я оглядел своих спутников. Эйлин смотрела на меня, сдвинув брови. В глазах Анри я увидел насмешку и вызов… и что-то еще, похожее на смущение. Марек старался не смотреть на Эрика Риста, а Эрик стоял в двух шагах от него, прозрачно-бледный, и комкал в руке пригоршню земли. Лин сидела на земле, не глядя ни на кого. И мы – такие, как сейчас, – хотим победить?

Что бы сделал Корлин на моем месте?

А что бы здесь, сейчас сделал я?

– Никого не удивляет, почему мы так внезапно передумали? – начал я. – Эйлин, вы готовили меня к войне. Анри, ты правая рука Далена. Марек, вы всегда желали победы друзьям. Мы с Эриком… мы мечтали вернуть прошлое. Всю жизнь.

– А маги – отстоять настоящее, – негромко вставила Лин.

– Верно…

Я запнулся. Я терял нить каждую секунду, мысли путались, фразы цеплялись одна за другую. Как объяснить другому, что он чувствует то же, что и я? Что я боюсь его страхов, разделяю его вину, вижу во сне ее грезы? Как тогда сказал мне Вельер? «Хотел бы я залезть в твою голову…»

Дать им понять другого… увидеть его…

Вот оно! Кажется, я понял…

– Верно, – заговорил я громче. – Мы мечтали вернуть прошлое. Маги – отстоять настоящее. Но и прошлое, и настоящее теряет смысл, когда день и ночь думаешь о том, что ты сделал ради будущего. О чужой крови. О своей вине.

Теперь они все смотрели на меня. Даже Лин.

– Я не могу поделиться своей болью. – Я чувствовал, как мой голос становится глухим, мне было трудно продолжать, но я говорил. – Но вы знаете вашу. Анри, ты помнишь, что ты чувствовал сегодня…

– Я сбежал за два часа до полуночи, – усмехнулся он, вытирая лицо. – Я не выдержал.

– Марек, ты не смог убить Вельера…

Эрик Рист обернулся. Бледное лицо вспыхнуло.

– Смог бы, – негромко ответил Марек, покосившись на него. – Не захотел.

– Это одно и то же, – прошептала Лин.

– Эйлин, вы знаете…

– Свою вину, – почти шепотом продолжила она. – Знаю.

Мы говорили все тише и тише, словно боясь, что хоть одно слово да прольется, ускользнет.

– Лин, Корлин не написал тебе ни слова, и ты не знаешь, как с этим жить…

– Он взял мое имя и добавил к своему, – чуть улыбнулась Лин. – Уже немало.

Эрик разжал пальцы. Комья земли беззвучно просыпались на землю.

– Ты это серьезно? – еле слышно спросил он.

– Я – Корлин, – кивнул я. – Буду им… но это неважно. Дирижабли на горизонте, растущее утро, крылья, что вот-вот рассекут воздух с той стороны – вот что имеет значение. Эрик, вы могли бы быть мной. Поверьте, что мы справимся. Поверьте в меня. Поверьте друг в друга. Вы простили Саймона… вы знаете, что это – лишиться самого дорогого…

– Если бы они чувствовали то, что видим мы… знали бы, насколько мы похожи… – Эрик прикрыл глаза.

– Они бы остановились, – прошептала Лин.

– Мы им покажем. – Мой голос окреп, стал сильнее. – Эйлин, вы учили меня зеркальным плоскостям, помните? Драконы знали о них давным-давно. Через них мы черпали силы друг у друга и многократно отражались в зеркалах сами, чувствовали предков в себе, видели свои внутренние глубины. Если маги и драконы суть одно, мы увидим это. И покажем им.

– Это опасно, – Эйлин нахмурилась. – Риск, что мы сожжем друг друга…

– Риск, что они сожгут друг друга!

– Ничто не предопределено, Квентин! ~ Она повысила голос. – Вы не бессмертны!

– Если я умру, значит, мироздание ошибается: я не Корлин, – я пожал плечами. – Но я прав.

Она смотрела не на меня – на Эрика. На пустой рукав…

Она права. Если зеркальные плоскости не подчинятся мне, я разделю его судьбу.

– Квентин, вы не должны, – повторила Эйлин. – У нас Драконлор. Есть ответы…