Антон хмыкнул. Поднадоело им…. Красиво живут…

— А мне нравится, — продолжал Тимофей, — тело зверя, реакция зверя, а разум человеческий и оценивается им все как бы со стороны, только инстинкты животного иногда берут верх над разумом. Самое главное, не терять браслет, иначе будет проблема с обратным превращением.

— А ты только в волка оборачиваешься? — поинтересовался слегка заинтригованный Антон.

— Сейчас — да, — скромно ответил лже-оборотень. — В сокола — не люблю, боюсь высоты, в рыбу не пробовал, а с блохой слишком запоминающаяся история приключилась, больше не хочу.

Он немного помолчал, затем улыбнулся и вот что рассказал: пришла Тимофею в голову идея — превратившись в блоху, покататься на местных собаках. Недолго думая, он ее осуществил, однако особого удовольствия не получил, потому что хозяин пса — подмастерье кузнеца — его тут же выловил и очень обрадовался такому крупному самцу. Тимофей испугался, что его к самке подсадят, вот тут-то ему с инстинктом точно не совладать, но парубок распял его на маленьком верстачке и попытался к лапам подковки-невелички прицепить. Тимофей ему кричал, кричал, вырывался, вырывался, но куда там блохе против крепенького подмастерья… Хорошо, что тот отошел за чем-то в сторону, и Тимофей моментально превратился в человека. Ох, и ругался же подмастерье, что Тимофей не вовремя приперся и такое дело загубил, правда, потом успокоился, сказав, что ничего, блох у собак много, а он упрямый — раз решил блоху подковать, то своего обязательно добьется.

— Точно, тогда подкованная блоха не только кусаться, но ещё и лягаться сможет. Веселуха… — засмеялся Антон, которого история позабавила и показалась очень знакомой. — Что ж ты сразу человеком не стал?

— Ты что? — ужаснулся Тимофей. — Я ж из будущего, а у нас закон — никаких самодеятельных чудес, их и так здесь хватает. Понимаешь, волки-оборотни в сказаниях были, в сокола люди превращались, в рыб — вроде тоже, а вот про блоху-оборотня никто и слыхом не слыхивал.

— Да, это и, правда, чудо — страшный и непобедимый оборотень-блоха, гроза окрестных собак, — уже во весь голос хохотал парень. Наконец, вдоволь насмеявшись, он спросил у Тимофея, когда появятся его родственники.

— Не знаю, — пожал плечами тот, — уже должны быть. Мы, если надо, быстро перемещаемся, наведенным телепортом.

— Мы тоже в таком были, да? А как это выглядит со стороны?

— Смерч. Маленький симпатичный смерчик, никому не причиняющий вреда.

— Значит, что-то случилось, — сделал вывод Антон, внимательно оглядев горизонт и ничего, даже отдаленно похожее на смерч, не обнаружив. — Будем сами выбираться, да и Птаха надо найти. Он ведь легче нас, могло в сторону отнести. Ветром…

Антон задумчиво осмотрелся вокруг: выбросило их посреди зеленого луга, размером с футбольное поле. Обрамлял этот огромный газон неизменный лес, а примерно посередине торчал внушительный обломок камня, формой напоминающий пирамиду.

— АЛАТЫРЬ-БЕЛ-КАМЕНЬ! — медленно произнес Тимофей, не отрывая восторженного взгляд от сероватого булыжника.

Антон, не слушая его, встал, побрел к камню, попутно ища взглядом Птаха, не заметить которого на практически голом лугу было невозможно. Тимофей поторопился за ним. Подойдя к камню, Антон обошел несколько раз вокруг и, напряженно думая о своем, произнес:

— И где ж нам теперь бесенка искать? Людмила голову оторвет, он ей вместо сына… — и замер, потому что Тимофей вдруг завопил:

— Что ты сделал? Это же Алатырь, мощнейший проводник магической энергии, незакрытый пуп Земли. Найти его мечтают все в этом мире, — совсем грустно закончил он свою гневную тираду, — да только не всем он открывается. Нам с тобой повезло, — на паренька было невозможно смотреть, такое горе плескалось в его глазах, грозя хлынуть водопадом слез.

— Зачем? — не понял Антон.

— Да затем, что этот камень выполняет самое заветное желание или отвечает на самый сокровенный вопрос, но только одно желание или только один вопрос. А ты что спросил?

— Что? — тупо переспросил Антон.

— ГДЕ ИСКАТЬ БЕСЕНКА? — опять закричал Тимофей.

— А если для меня в тот момент это был самый главный вопрос? — принялся оправдываться Антон.

— СМОТРИ!!!

Камень разгорался изнутри неярким белым светом, который сменился красным, оранжевым, желтым, зеленым, голубым, синим и, наконец, эта радуга закончилась ослепительной фиолетовой вспышкой. В воздухе запахло озоном. А на камне стали проявляться слова, написанные славянской вязью:

ПРЯМО ПОЙДЕШЬ — УБИТ БУДЕШЬ,

НАПРАВО ПОЙДЕШЬ — ОБМАНУТ БУДЕШЬ,

НАЛЕВО ПОЙДЕШЬ — СЕБЯ ЗАБУДЕШЬ.

И стрелки, указывающие путь, чтоб, не дай бог, не перепутали случайно.

Друзья посмотрели вперед: там, на пределе взгляда, над чем-то темным кружила стая воронья, и они, переглянувшись, единодушно решили, что им туда не надо.

Не зная, что лучше — быть обманутым или забыть себя, Антон наклонился, подобрал плоский камешек, чиркнул острием меча по одной стороне. Загадал «орел» или «решка», подбросил в воздух. Выпало идти налево. Что ж, судьба…