– Жалей - не жалей, что толку. Я очень хотела бы работать на кафедре, да тут у меня...

– Важное дело, значит, если не осталась. Интерес к науке небось угас? Текучка заела? Помнишь, ты предложила метод дифференциальной диагностики стертых форм инфекционной желтухи? Не удалось применить его в практической работе?

– Напутала я что-то с этой инфекционной желтухой. Посмеялись только надо мной.

– То есть как?

– Была у нас вспышка желтухи среди школьников. Я возьми да и поставь этот диагноз у пяти детей. Приехала комиссия: главврач, его заместитель и районный эпидемиолог. Проверили и сказали, что это у меня студенческий зуд. С двумя случаями согласились, а три - отменили.

– Любопытно. Очень любопытно. Эти дети были у инфекциониста?

– Да. Я всех их направила в инфекционное отделение. Но приняли только двоих.

– Я, Наташа, здесь по заданию министерства. Нет, никакая не жалоба. Просто плановая подготовка материала для коллегии. Я это к тому, что меня очень заинтересовали эти пять случаев инфекционной желтухи. У тебя есть время помочь мне? Если надо, я позвоню главврачу. Надеюсь, он у себя.

– У меня свой главврач - Инна Кузьминична Норейко. Ей может не понравиться моя задержка в районной больнице.

– Но сама-то ты не против?

– Нет, конечно.

– Тогда идем в инфекционное отделение. Оттуда я созвонюсь насчет тебя с главврачом района. Думаю, что не откажет.

Нина Андреевна Шалоха была на месте. Она уже знала о приезде профессора Малевич. Нина Андреевна суетливо поправила прическу и недоверчиво посмотрела на Титову, будто спрашивая: "А этой что здесь нужно? Неужели настрочила жалобу и из-за нее приехали к нам с проверкой?" Малевич перехватила этот взгляд:

– Наталья Николаевна здесь по моей просьбе. Она моя ученица, и я просила ее помочь мне кое в чем разобраться. А встретились мы с ней совершенно случайно.

Пока Малевич говорила по телефону с Ребеко, Нина Андреевна перебирала какие-то бумаги, делала закладки в журнале. Время от времени бросала на Наталью выразительные взгляды, по которым не трудно было догадаться, что разъяснению Малевич она просто не верит. Ну кто вот так возьмет и скажет: "Титова написала жалобу в министерство. Мы и приехали проверить, так ли все это". Никто, конечно. Титовой надо быть поосторожнее.

– Ну вот, с вашим главврачом все улажено. Наталья Николаевна, считайте, официально выделена мне в помощь, - закончив разговор по телефону, сказала Малевич. - Итак, что меня интересует...

– Пожалуйста, говорите. Мы все сделаем, - с готовностью ответила Шалоха.

– Мне потребуются материалы о заболеваемости инфекционной желтухой в вашем районе за последние пять лет.

Были подняты годовые отчеты, первичные медицинские документы. Вскоре стало ясно, что в районе заболеваемость инфекционной желтухой почти не снижается. В поречском врачебном участке она даже несколько пошла вверх. Правда, увеличение небольшое, всего на два-три случая. Но и один случай инфекционного заболевания - что брошенная в лесу в жаркую пору непогашенная сигарета.

– Нина Андреевна, - сказала наконец Малевич, - почему, на ваш взгляд, не удается справиться с инфекционной желтухой? Ведь, кажется, делается все: и вовремя госпитализируете заболевших, и проводите полную дезинфекцию, и достаточно длительно наблюдаете переболевших. А заболеваемость ни с места. В чем причина?

– Наверное, в том, что не всегда удается выявить стертые формы заболевания. Они-то и служат источником новых вспышек.

– И я так думаю. Видите, мы с вами, оказывается, единомышленники. Остается выяснить следующий вопрос: что вы делаете для выявления стертых форм инфекционной желтухи?

– Да все вроде делаем. Но вы же знаете, Надежда Савельевна, что бывают случаи, когда эта болезнь никак не проявляется.

– Бывают. Но я говорю не об этих редких случаях, а о тех, которые хоть чем-нибудь, да выдают себя. Например: легким недомоганием, потерей аппетита. Ну да что я вам буду говорить об этих признаках.

– Мы стараемся их учитывать.

– Стараетесь... А почему же не учли у трех ребятишек из Поречской школы и не приняли мер для изоляции заболевших? Разве у них нельзя было предположить стертой формы инфекционной желтухи?

– Вас не совсем верно информировала Наталья Николаевна...

Малевич недоверчиво посмотрела на Шалоху. Вот она, задетая честь мундира! Мы нередко объясняем промахи в работе чем угодно, только не своими ошибками. Титова, вчерашняя выпускница, показала, где собака зарыта. Не поверили. Или не хотели поверить. Сделали вид, что ничего особенного не случилось. И самое обидное в том, что старались убедить эту еще совсем юную душу, Наталью Титову, что она-де неопытный в делах человек и что студенческие знания одно, а жизнь - другое. Как объяснить все это Наталье? Сказать, что доктора не разобрались в клинической картине стертого заболевания? Титова - чуткая девушка, и она сразу же уловила бы в этом фальшь. Объяснить, что разобраться-то разобрались, да не захотели портить статистику? Такое объяснение совсем не подходит. Не надо показывать молодому врачу наши пороки. Они тоже заразные. Не у всех выработан против них прочный иммунитет.