Тот пожал плечами:

— Ме-е. Неважно. Пошли.

Джек повернулся, следя за небрежными движениями пирата.

— Мы не можем просто оставить её здесь в таком виде.

— Почему нет? Эти твари не смогут её съесть в таком состоянии. — Он даже не оглянулся. — Не отставай.

Джек беспомощно посмотрел на Озму, чье лицо застыло в выражении шока. Ему хотелось стереть этот страх поцелуем, как он всегда делал, но выражение её лица не изменится, пока она остается камнем.

— Живее, живее! — донесся голос Тик-Тока уже издалека.

— Я люблю тебя, — прошептал он статуе, касаясь прохладных каменных щек. — Я вернусь так быстро, как смогу. Обещаю.

И он бросился вдогонку за этим мерзавцем.

Джек чувствовал, как растет расстояние между ним и Озмой. Это была почти физическая тяжесть, тянущая его назад. Оставлять её под открытым небом, когда вокруг рыщут монстры, казалось неправильным. То, что они не дошли за ними до самого дома Волшебника, не означало, что они не забредут сюда позже.

Она — камень, — напомнил он себе. Этот гад был прав — они не захотят её есть. Не смогут. Но что, если случится что-то другое? Животное или один из этих наркоманов может случайно повалить её. Что, если она разобьется? Может ли она разбиться? Когда он сам был заморожен, он чувствовал себя довольно твердым…

Темнело с каждой минутой. Кто знает, какие еще опасные фейри здесь скрываются? Если на них с Тик-Током нападут и с кем-то из них что-то случится, что станет с Озмой?

— Даю слово, что с Озмой ничего не случится, — произнес Тик-Ток неожиданно искренним тоном. Джек и не подозревал, что тот способен так говорить. Затем фейри хлопнул в ладоши и ухмыльнулся:

— А теперь — сосредоточься.

Сосредоточься. Я сосредоточусь… на том, как убить тебя в ту же секунду, когда Озма вернется.

— Ты сказал, что у Волшебника есть что-то твое, — начал Джек, вспоминая разговор Тик-Тока с Озмой.

— Уже ненадолго. Для этого ты мне и нужен.

— Что это? — хмуро спросил Джек.

— Зачарованный предмет.

Джек сверлил взглядом затылок Тик-Тока:

— Да что ты говоришь.

— Я бы предпочел вообще ничего не говорить, пока мы не доберемся до места, — небрежно бросил тот, но намек был ясен: «Завали хлебало».

Джек сжал кулаки. Он будет слушать не потому, что боялся этого эльфа, а потому что от этого зависела жизнь Озмы. Если быть честным, план Тик-Тока был умен. Подвергнуть опасности одного, чтобы гарантировать послушание другого. Чертов подонок. Джек прикусил язык и побрел дальше в лес.

Оркленд не был огромным островом, судя по картам, которые он видел, но это в сравнении со всей страной Оз. На то, чтобы пересечь его, могли уйти дни. Понадобился целый день, чтобы просто найти Волшебника, но бог знает, как далеко они были от других побережий.

Чем дольше они шли, тем хуже становился лес. Скелетообразных деревьев с капающими плодами становилось меньше. На их месте стояли гниющие пни, покрытые черной слизью. Каждый пень был полым, внутри плескалась застоявшаяся жижа, а остатки коры снаружи торчали рваными полосами. Крошечные мертвые мухи плавали на поверхности.

Земля под сапогами Джека была топкой, и он никогда еще так не радовался своей поношенной обуви. Поскольку солнце почти скрылось, Тик-Ток прибавил шагу, из-за чего густая жидкость брызгала на их штанины.

Тик-Ток пнул что-то на своем пути. Череп с острыми зубами, треснувший и измазанный грязью, пролетел прямо перед Джеком.

Проклятье.

Эту вонь ничем не вывести — особенно если она частично состояла из разлагающихся трупов. После этого придется сжечь одежду. Возможно, даже к лучшему, что впереди он мало что увидит. Можно притвориться, что земля под ногами — это просто удобрение после сильного дождя, а запах — всего лишь гниющие тыквы. Ничего нового.

— Твоя сила довольно удобна, — буднично заметил Тик-Ток, прерывая затянувшееся неуютное молчание. Он замедлил шаг, чтобы идти рядом с Джеком, а не впереди. — Ты умеешь что-нибудь еще?

Джек пожал плечами. Он не знал, часто ли у фейри бывает по несколько способностей, но если да — он хотел бы выяснить, на что еще способен. Позже.

— Хм. — Глаза Тик-Тока буквально светились в последних лучах солнца. — Эта сила для тебя в новинку — вот почему ты так быстро выдохся. Может, позже проявится что-то еще. Ты еще молод.