— Понятно… — протянул я, группируя полученнную информацию у себя в голове.

— Теперь моя очередь задавать вопросы. Расскажи мне, откуда ты?

— Из-под земли, — пожал я плечами. Вообще, я вылез из рудников, что буквально значит «из-под земли».

— Что? — командир не понял. С идиотами сложно общаться, но легко обмануть — даже мне, кто вообще врать не умеет.

— Я родился и вырос в подземной пещере, обученный боевым искусствам древним отшельником. И только недавно сумел надавать тому старому хрычу по башке и улизнуть наружу.

Кристально чистая ложь, небрежно произнесенная мной, оказала невиданно эффектный результат. Командир с сосредоточенным видом пробормотал что-то глубокомысленное себе под нос.

— Это многое объясняет…

— Несколько дней спустя —

Не понимаю, как, но слова, выдуманные мной на ходу, стали правдоподобной версией моей истории и в те редкие случаи, когда я пересекался с другими охранниками конвоя.

Госпожу эту, которая и наняла охрану, мы, кстати, везли учиться в магическую академию столицы.

К стенам которой мы уже подъезжали, спустя пару дней. Магии плотно, плетений и людей тоже. Огромная очередь, разношерстные люди, множество вспышек активаций плетений и амулетов…

Суета, короче.

— Вот твои деньги, разведчик. — при входе в город мне приземлился в руки довольно тощий кошель. Поскупились. Но, довольно логично.

— Ага, прощайте.

Ничего, можно будет продать те вещи с гроллов, или как их там называли. Думаю, немного выручу. Да и деньги я с них собрал…

Мда, тут такая концентрация и циркуляция людей по улицам, что я уже даже аур охранников конвоя не вижу. Пф, еще бы я увидел их — при таком-то количестве аур это бы мог сделать лишь какой-нибудь мегакомпьютер, а не простой человеческий мозг.

Хотя понятия не имею, что у меня стоит в башке, простой человеческий мозг вроде не работает быстрее от притока воздуха.

Итак. Я в столице.

Небо голубое, волосы обгорели и осветлились во время конвоирования ( и теперь у меня на голове будто разворошенная копна соломы вместо волос), а в животе пусто.

Будто поняв, что я на него смотрю, живот заурчал.

Нет, не отрицаю, питательная жидкость вкусна и питательна, но хочется чего-то вроде… Чего-то…

Мяса хочу. Жареного, горячего, сочного, с коричневой корочкой от прожарки. Чтоб кусок в рот не помещался и я весь как свинья замазался, пока жрал это…

А потом обсосать пальцы руками от жира, запить чем-нибудь газированным и уставиться на небо, жмурясь от удовольствия и слепящего солнца.

О да…

Вытерев слюни, я унюхал запах чего-то мясного в воздухе и шмыгнул туда, скользя через толпу.

«ШЕСТЬ НОЖЕЙ» — гласила надпись на вывеске. И подтверждалось шестью громадными верзилами с ножами — трое были одеты в что-то, что здесь обозначает поварскую одежду, ну или униформу таверны, и занимались приготовлением мяса на вертеле (шашлык делали, сто процентов, вон даже подобие маринада лежит), а еще трое стояли с грозным видом, из-под кустистых бровей разглядывая посетителей.

Вышибалы, наверное. Да их с поварами поменять — и ничего не изменится. Одинаковое телосложение, похожие ли… нет, лицами называть это немного неправильно, так что «у этих верзил схожие морды».

Наверное, они из одной семьи.

— Дядь, ты приезжий? — меня дернула за рукав какая-то мелкая шмакодявка, думающая, наверное, что подобралась незаметно.

Я приподнял бровь, посмотрев на эту шестилетнюю девчушку, и щелкнул пальцем по её руке, тянущейся к моим кинжалам на поясе.

— Да, похоже, именно так.

— Ого… — девчушка ничуть не смутилась от того, что её на краже спалили, сделала вид, будто ничего и не происходило и затараторила, — почему ты так говоришь? Мне даже кажется, что ты не уверен в этом! И почему ты стоишь здесь? Смотришь на моих братьев? Это мои братики, да!

— …

Действительно, чего бы ей бояться палева, когда у тебя недалеко шесть братьев, выглядящие так, будто камни на завтрак жуют и смолой запивают. Да у них рука в обхвате такая же толстая, как две мои шеи!

— Твои братья?

— Ага!

Рука снова потянулась к моему поясу, но теперь уже ориентировалась не на кинжалы, а на карман.

— Тогда, расскажи, какое мясо тут самое вкусное! — ярко улыбнулся я девчонке, словно фокусник доставая золотую монету из пустой ладони.

Та с открытым ртом смотрела на монету в своих руках.

— … Пойдем, я покажу! — она очухалась, немного покраснела, посмотрела на меня как-то хитровато и хихикнула, забегая через дверь в таверну. Держала меня при этом за руку.