— Итак, я буду идти впереди, если будет какая-нибудь опасность — предупреждать.

— Или ликвидировать.

Я кивнул. Ноул продолжил, снова странно на меня посмотрев:

— Тебя устраивает твое оружие?…

— А… — я вдруг понял, что особо не нервничаю из-за отсутствия меча, — да, ножи более-менее.

Меня больше интересует, вон та девушка в повозке. Она темный маг, и, из-за наличия в своей ауре темной энергии не гниет заживо. Дикая природа удивительна. Иней сказало, что это врожденный темный маг.

— Ножи… — командир снова на меня странно посмотрел.

Ну кинжалы. Не все ли равно, как они называются?… Видимо, нет.

А как мне добиться такого же эффекта? Чтобы я не гнил заживо от энергии тьмы.

— «У меня теория на этот счет.» — Дземун стал очень молчаливым на фоне Энеи и Иней. — «Ты гниешь потому, что темная энергия застаивается в ауре. Эффект гниения плоти, укрепления костей усиления и ускорения мышления — это из-за застоя темной и смертельной энергии в ауре. Если непрерывно циркулировать по каналам в ауре энергию, этого не случиться. Однако, у тебя, в отличии от той темной, слишком мало вторичных канальцев, поэтому ты не можешь быстро циркулировать энергию из любой точки ауры. Оттого и застой энергии.»

…По твоим словам выходит, что без гниения нельзя усилиться энергией смерти и тьмы?

— «Усиливаешься и ускоряешь мышление ты от энергии тьмы. Гниешь и укрепляешь кости от энергии смерти.»

А где отрицательный эффект у энергии тьмы?

— «Безэмоциональность и желание убивать. К тому же, в сочетании с энергией смерти энергия тьмы минимум в три раза эффективнее. И еще — я до конца еще не понимаю, но когда ты заполняешь свою ауру энергией тьмы, начинает появляться и энергия смерти. Пока не выяснил, почему.»

Понял, значит, у тебя есть, чем заняться. Как выдастся свободная минутка, помогу.

— «Лучше разберись с Инэй и Энеей.»

Что, прям сильно достали?

— «Посмотри на него. Скоро, очено скоро и я таким стану…»

Дракон пытался спать, зажав уши лапами и укрывшись крыльями. Инэй при этом оживленно что-то пыталось у него выяснить, прыгая вокруг, около и по нему самому.

— Помянем.

Итак, дойдем в качестве разведчика до столицы, а там и решим, что делать дальше.

Скучно мне не было. Вот вообще.

Во первых, я шел впереди конвоя и мало-помалу подбирал какие-то светящиеся энергией камешки с обочин дороги. Во-вторых, в лесу неподалеку было большое количество аномалий и даже порталов — ощущение разбитого пространство довольно неприятно. Но если тот портал, что вел с этого мира в наш, был создан с помощью портальной арки, этот был своего рода аномалией — пространство было не просто пробито в месте прохода, оно было перемолото, словно в мясорубке, и попытка пройти через него ничем хорошим кончится не может.

Зато я заметил одну примечательную вещь — заряженных магией предметов около таких порталов в разы больше.

Энея и Инэй вступили в жесткую конфронтацию по какому-то пустяковому поводу, и я часто жалел, что не могу выключить звук. Может, когда лучше научусь ориентироваться в своем внешнем мире… Приказать Инэй заткнуться не вариант — Энея ко мне пристанет. А ей приказывать напрямую я не могу.

Во внутреннем мире дракон, которого я подцепил ещё в игре, выглядел побитым, помятым и вообще — жалким. Дземун занимался своими магическими размышлениями, при малейшем посягательстве на его личное пространство жестоко избивая вторженцев. Инэй и Энея теперь его боялись.

Мегахарош.

В первую ночь наш конвой остановился на ночлег, на какой-то поляне. Палатки для охранников, вахта, кухня — все как полагается, еще и речка рядом протекала.

В ту ночь я увидел удивительное явление.

Видели когда-нибудь северное сияние? Завораживающие, переливающиеся холодным светом полосы на небе. Такие изредка появлялись у нас на небе. Говорили что-то там про аномалии искажения магнитных полей слишком большим количеством искусственных спутников.

Я же всегда верил, что это могущественный волшебник от скуки раскрашивает небо ледяным светом.

И сейчас, когда я посмотрел на ночное небо, я застыл в ошеломленном восхищении. Как когда-то в детстве.

Это был цвет северного сияния. Оно изменчивой стеной, спускаясь прямо до земли, стояло где-то далеко… Наверное, на севере. Северное ведь сияние.

— Вау…

— Красиво… — в кои-то веки Энея, сидящая на плече маленькая фея, не раздражала. Смотрела такими же большими восхищенными глазами.

Мы прям как два ребенка, увидевшие гравиплан. Интересно прямо, что это такое.

— Эй. — я за какие-то секунды оказался около командира конвоя.