Но еще… Еще я чувствовала одиночество. И мучилась паранойей, что теперь никому не нравлюсь. Словно люди подозревают, что я обо всем знала. Что я соучастница.

Я легла спать раньше всех и представляла, как они обсуждают меня на кухне: мол, для Бекки все могло закончиться иначе, не будь я такой влюбленной идиоткой. Какая-то жизненно важная часть меня будто пошатнулась. Опора под ногами треснула. Я не разглядела настоящего Люка. И занималась сексом с человеком — пусть даже по любви, — которого на самом деле не существует, и никак не могла понять, виновата я в этом или нет.

Ну и куда без пафосного клише: я по нему скучала. Он будто просочился внутрь меня и перевернул всё, как там, так и снаружи.

Я в одиночку ускользнула в библиотеку, чтобы почитать. В голове засела идея, что, может, мы там встретимся с Люком. Эдакая фантазия, в которой он объясняет, что все это ужасная ошибка, а потом мы целуемся на глазах у изумленной толпы… или альтернативная концовка — я отвешиваю ему оплеуху.

Когда меня нашли Фрэнки и Негин, я практически спала на скрещенных на столе руках.

— Фибс, — прошептала Фрэнки, приблизив лицо ко мне вплотную.

Затем положила передо мной что-то завернутое в альбомный лист. Бумага развернулась, и я увидела несколько сплющенный эльфийский сэндвич в форме облака.

— Джош заходил тебя проведать, — сказала Фрэнки. — Не застал, так что мы приготовили сэндвичи и оставили тебе.

— Не знаю, как остывшие яйца на вкус, — добавила Негин, — но главное жест.

Они уселись напротив, и я откусила хлеб с холодным яйцом в глазури. По-прежнему весьма вкусный.

— Выпьем кофе? — предложила Негин.

Я кивнула и начала собираться.

— Мне еще нужно сделать копию.

Мы спустились по лестнице, протиснулись в странную комнатушку с жужжащими копировальными аппаратами и, заняв очередь, наблюдали, как незнакомый парень страница за страницей копирует книгу под названием «Почему автобусы приезжают тройками?».

Мимо нас прошла группа девушек, и я заметила, как у самой охранной рамы одна из них развернулась на пятках и пошагала обратно в копировальную комнату. Две ее подружки бежали следом. В первой я узнала Блестящую Юбку с концерта «Fit Sister», а в двух других — Горшковолосую Мэри и Свадебную Фату.

— Ну что. — Блестящая Юбка швырнула сумку на пол и уставилась мне в глаза. — Твой бойфренд — лживый ублюдок!

Ее крик растворился в тишине библиотеки и тихом жужжании копиров. Парень за аппаратом смотрел прямо перед собой, но явно напрягся. А я дрожала от прилива адреналина и не знала, что сказать.

— Ты все еще с ним? Потому что гребаны…

— Ведешь себя как психопатка, Джен. — Мэри опустила руку на ее плечо и послала мне извиняющийся взгляд. — Я дружу с Фиби, и она не виновата, что кувыркалась с парнем, который в итоге оказался козлом. — Она пожала плечами. — Кто из нас этого избежал?

Лицо Джен чуть смягчилось, и она посмотрела на меня уже добродушнее:

— Ладно, прости. Просто все это так погано. Ты еще с ним?

Я покачала головой и уставилась в пол, будто после отповеди.

— Фиби не виновата, — огрызнулась Фрэнки. — Серьезно, чего вы на нее взъелись? Люк и ей тоже лгал.

— И Бекки, уехавшая девушка, наша подруга, — спокойно добавила Негин.

Глаза Мэри расширились.

— Как она?

— Мы не знаем, — вздохнула я. — Она не отвечает ни на звонки, ни на сообщения. Она просто исчезла.

Парень за копиром быстро сгреб свои листы и выбежал. Джен встала перед дверью:

— Ладно, ну и что мы будем делать? Фотографии разлетелись по всему кампусу. Пришла пора уничтожить этих ублюдков.

В комнату попытался войти мужчина средних лет с кучей книг, но Джен вытянула руку, преграждая путь.

— Простите, занято.

— Нужно как-то их унизить, — сказала Мэри. — Заставить понять, настолько все это жестоко, отвратительно и ни фига не смешно.

— И что Бекки живой человек, — добавила Негин.

Джен кивнула:

— Именно.

Бекки в некотором роде стала знаменитостью. Девчонка, которая из-за чувства стыда бросила универ. Ужасно. Мы обсуждали это без остановки: когда она успела переспать с тем футболистом, узнал ли обо всем ее парень и почему она ничего не рассказала нам. Почему хотя бы не предупредила, что уезжает. Даже Коннор переживал и заявил, что если встретит козла, выложившего фотку, то вырубит его.

— На следующей неделе у них последний матч, — напомнила Джен.