– Мел, ну прекрати. Считай это просто еще одной формой семейной терапии. Нам нужно просто дать друг другу немножко свободы, отдохнуть друг от друга, понимаешь? На время, не навсегда.

Шагнув к жене, Кит положил ей на плечи ладони, но она стряхнула их.

– Убери от меня свои руки!

Тот повиновался, слегка задетый. Мелани несколько раз вдохнула и выдохнула.

– Я не дура. Я знаю, зачем тебе «временное» расставание. Так ты получаешь карт-бланш на свое «удовлетворение», а если я соглашусь считать это формой терапии, то твой адвокат по разводу заявит потом, что все произошло по обоюдному согласию. Как будто мы оба так решили, верно? Но вот какая штука, Кит, – ты со мной не разведешься. Потому что у меня железобетонный брачный контракт, и деньги принадлежат мне.

– Ой, да ладно. – Выражение обиды ушло, уступив место раздражению. – Брачный контракт? Ты обещала, что об этом можно не волноваться, помнишь? Я подписал его только потому, что так хотел твой отец.

Пришло время Мелани улыбнуться.

– Ну, ты тогда тоже дал кое-какие обещания, от которых теперь отказываешься. Вот и я могла со временем изменить мнение. Брачный контракт в силе. Слава богу, что папа на нем настоял.

Лицо мужа окаменело. Мелани скрестила руки на груди.

– Ты не дурак, Кит, ты не расстанешься с половиной компании и почти всем, что мы построили, только ради того, чтобы мотаться по горам с мисс Стройность и Независимость. Кстати, ты говорил ей, что без меня у тебя останется всего двадцать процентов капитала?

– Мел, прекрати.

– Бьюсь об заклад, что нет. Наверняка она спит и видит, как чудесно заживет, когда вы поженитесь. Правды она не знает, так ведь? Что почти все денежки на самом деле принадлежат моей семье?

– У меня тоже есть средства! – Кит надулся как ребенок, которому говорят, что он не получит сладкого, пока не доест основное блюдо.

– Да, кое-что. Кстати, за свадьбу я платила с твоего счета. А теперь выметайся и смотри, чтобы дверь не поддала тебе под зад!

Мелани распахнула ее и сделала приглашающий жест.

– Ну, Мел… – жалобно произнес муж.

– Кстати! Прежде чем уйти, собери свои гребаные обрезки ногтей с пола, грязная ты свинья!

Глава 21

С Мелани что-то творилось. Теннисон видела это невооруженным глазом. Конечно, трансвеститы и выпивка не относились к числу любимых увлечений бывшей подруги, слишком зажатой и вечно переживающей, что про нее подумают другие. Однако она всю вечеринку просидела мрачнее тучи, даже не улыбнулась при виде съедобных трусиков или вибратора. И разоделась во все черное с ног до головы, как ниндзя – черные брюки, черная блузка, без единого цветового акцента.

К ним неспешной походкой приблизилась Белла, баскетбольного роста трансвестит с великолепной кожей и ресницами в блестках.

– Здесь еще никто не закончил? Господи, народ, поживее! Пока ни одного выигрыша за моими столами!

Теннисон указала на свою карту.

– Мне, боюсь, какая-то неудачная досталась. Может, подсобите выиграть?

Белла улыбнулась, показав ровные белые зубы – только слишком острые. Как у вампира.

– А много ли у тебя денег, дорогуша?

– Попросите как следует – она вам все выписки с банковских счетов покажет, – пробормотала Мелани, глядя, как двое других, Джинджер и Кэнди, в переливающихся бальных платьях и диадемах, открывают номера на табло. Потом прищурила глаза и вновь опустила их на свою карту.

– Ерунда, – пропела Теннисон, подзывая жестом официантку, чтобы заказать очередной «Космополитен».

Им с Мелани пришлось ютиться в дальнем углу – за заказанным столиком не хватило места. Две подружки Эммы думали, что не смогут приехать, но в последний момент все же присоединились к веселью, и старшие женщины согласились сесть сзади. Компанию им составляли Милфорд Мэнн, почтальон на пенсии, знавший отца Теннисон, Джастин и Джоли Грин, пара средних лет из крохотного соседнего городка, и Фрэнк Как-то-там, неотесанный фермер, пялившийся на Беллу так, будто та была лакомым кусочком, а сам он только что заткнул салфетку за воротник.

– Отвали, – буркнула Мелани, глядя прямо на Теннисон.

Та состроила недоуменную гримасу.

– Да что с тобой сегодня такое?

Мелани ответила испепеляющим взглядом и отвернулась.

– Похоже, твоя подруга злится, что не выиграла в последнем раунде. Тостер – отличный приз, и она была близко, – проговорил Милфорд, с довольным видом закрывая номер Н-32, который одна из ведущих достала из лототрона.

– Наверняка, – откликнулась Теннисон, зачеркивая ту же клетку и не обращая внимания на кислую физиономию бывшей подруги.

– Ваша дочь выходит замуж, верно? – спросила Джоли.

– Нет, дочь Мелани, Эмма, выходит за моего сына. У них свадьба в субботу.

Теннисон напрягла слух, дожидаясь объявления следующего номера. Ей оставалось закрыть всего один, и она получит упаковку «Пепси» и бесплатные куриные крылышки в местной забегаловке весь год. Ну же, О-69, не подведи!

Джинджер достала из лототрона очередной шар и, округлив губы, обмахнула свое невероятное декольте.

– Ох, ангелочки мои, вы не поверите, но это мой любимый номер! Да, он самый! О-шестьдесят девять, народ!