Лео медленно опустился на ящик. Руки сжал в кулаки, чтобы не дрожали. Положил на колени. Быстро оглядел помещение. Окошко узкое, не вылезти… да и как он вылезет? Напасть на Курта? Смешнее мысли не придумаешь, он весит раза в два больше, выше ростом, шире в плечах и наконец самое главное — он опытный вояка, да и оружие у него есть, вон кинжал на поясе висит. И даже без кинжала, будь он голышом и с завязанными глазами — он бы скрутил Лео одной рукой. Бесполезно.

Курт смотрел на него ещё несколько секунд. Потом достал из-за пояса фляжку, отпил. Протянул Лео.

— Хочешь?

Лео покачал головой. Пить предложенное им? Дураков тут нет. Курт пожал плечами, закрутил крышку и убрал ее за пазуху.

— В твоем возрасте я никогда не упускал шанса надраться в стельку. — продолжил он: — все же молодежь меняется. — он покрутил головой и хмыкнул. Посмотрел на него и вздохнул: — Да расслабься малыш. Мне от тебя ничего не нужно. Пока. Поговорим?

«Поговорить. Как будто у меня есть выбор», — подумал Лео. Уйти отсюда он не может — придется протиснуться мимо командира наемников. Вот если бы тут была Алисия… при этой мысли ему вдруг стало страшно. Не за себя, а за Курта Роннингера, он тут же представил как Алисия хватает того за горло и звучит сухой треск сломанных костей, как Курт закатывает глаза, хватается за руку и бессильно обвисает, дергая ногами и вываливая язык набок как удавленная собака.

— Слушаю вас, благородный дейн Роннингер. — медленно говорит Лео, взяв себя в руки.

— Уже говорил, что я не из благородных. — отвечает Курт, откидываясь назад, прислонившись к стене широкой спиной: — считай такой же как ты. Отец ремесленником был, кузнецом. В Третью Войну с демонами сожгли нашу деревеньку к чертям собачьим, всех порешили, вот и подался в солдаты. Сперва на службу к старому королю, потом — в наемники. Так что никакой я не благородный дейн, поваренок.

Лео кивнул. Не мог выдавить ни слова. Завел руки за спину — чтобы командир наемников не видел, как они трясутся.

Курт продолжал: — жизнь у наемников не сахар, но если Фортуна лицом повернется, то можно за год себе на всю жизнь заработать, да так что еще и детям останется. Конечно, большинство просто прогуливает любые деньги за пару месяцев и возвращается, но если разумно… — он пожимает плечами: — слышал же про герцога Сальверио Мальдера? Он, между прочим, тоже не из благородных был. Купил себе титул и замок, живет-поживает.

— Слышал. — кивает Лео. В самом деле кто не знает герцога Мальдера? О нем легенды ходят.

Курт выпрямился, откинулся обратно: — я вчера на городском совете был. Видел там убитого горем отца. Генриха Торговца, слышал про такого? Глава малой Торговой Гильдии. Линдберг.

— … — Лео сглотнул. Почему-то ему стало очень стыдно при мысли о отце Алисии.

— Он был просто убит горем. — продолжил Курт, внимательно наблюдая за его реакцией: — раздавлен. Должен признать, что бедняге досталось. Мало того что дочка у него шлюха…

— Алисия не шлюха! — вскидывается Лео: — она не… — он сталкивается со спокойным взглядом командира «Черных Пик» и замолкает. Усаживается обратно.

— … так еще и могилу ее осквернили. — продолжает Курт Роннигем так, будто его и не перебивали: — наверное, чтобы изнасиловать снова. Говорят, в Темные Века некоторые из аристократов так делали. Забальзамируют тело и… — он испытующе посмотрел на Лео, но тот, наученный горьким опытом ничего не сказал.

«Он провоцирует меня!» — мелькнула в голове запоздалая мысль: — «я чуть себя не выдал!».

— Хм. — Курт наклонил голову, изучая Лео: — можешь значит сдерживаться, когда захочешь. Как тебя звать-то, поваренок?

— Штилл. Леонард Штилл. — буркает Лео, отводя глаза в сторону.

— Леонард. — командир наемников нарочито тянет его имя: — был у меня один Леонард знакомым. Во второй сотне «Серебряных Драгун» служили вместе. Помер во время похода, травануся какой-то дрянью, блевал и поносил дальше, чем глаза видят, а потом помер. Весь почернел, не узнать. — Курт покачал головой: — так сказать небоевые потери. Ладно, Леонард, хочешь знать зачем я тебя сюда завел?

Лео кивает. Хочет ли он? Наверное, уже нет. Все, чего он хочет — это чтобы его отпустили, но этот страшный командир наемников не отпустит его пока не выскажется, так что…

— Один из моих людей, Бринк, видел тебя. Аккурат в ту ночь как могилу осквернили. Это я точно помню, потому что в ту ночь конные разъезды «Алых Клинков» вернулись с дурными вестями. Видел он тебя под утро. С какой-то девушкой.

Пауза.