— Хорошо. Как скажешь.

— Что ты собираешься взять на ужин?

— Я хочу взять у Занку и привезти еду оттуда, но тогда моя машина будет пахнуть чесноком около месяца.

— Может оно того стоит.

"Zankou Chicken" — это местная сеть армянских ресторанов быстрого питания, которая на протяжении многих лет была для них любимым источником еды на вынос.

— Пока, папа.

Он оставался на обочине, пока не увидел, как ее машина сделала поворот и исчезла на холме. Вернувшись в дом, он посмотрел на визитную карточку, которую она оставила на столе, и подумал, не позвонить ли Рэмси, чтобы прояснить ситуацию. Он решил не делать этого. Рэмси не был его противником, и лучше было бы не использовать газету, чтобы сообщить своим настоящим противникам, что их ждет. Репортер "Таймс", несомненно, будет в суде в среду и тогда узнает всю историю. Босху оставалось только терпеть три дня под сенью газетной статьи, окутавшей его жизнь.

Босх открыл телефон и, наведя справки в Интернете, чтобы узнать номер, позвонил в тюрьму Ван Найс и попросил позвать контролера. Он представился и сказал, что хочет договориться о беседе с заключенной на женском ярусе.

— Это может подождать? — спросил офицер. — Сейчас вечер воскресенья, и у меня нет людей, чтобы сидеть в комнате для допросов.

— Это двойное убийство, — сказал Босх. — Мне нужно поговорить с ней.

— Хорошо, как ее зовут?

— Элизабет Клейбург.

Босх услышал, как он вводит его в компьютер.

— Нет, — сказал офицер. — У нас ее нет.

— Извините, я имел в виду Клейтон, — сказал Босх. — Элизабет Клейтон.

Еще один набор текста.

— У нас ее тоже нет, — сказал офицер. — Она вышла из тюрьмы пару часов назад.

Босх знал, что это означает, что ее отпустили под подписку о невыезде.

— Подождите минутку, — сказал он. — Вы ее отпустили?

— Без вариантов, — сказал офицер. — Протокол о вместимости. Ненасильственное правонарушение.

Тюремная система округа была переполнена, и ненасильственных преступников регулярно освобождали досрочно от незначительных сроков заключения или выпускали без внесения залога. Элизабет Клейтон, очевидно, попала в последнюю категорию и была освобождена через день, прежде чем ее успели поместить в отделение реабилитации наркоманов.

— Минуточку, разве она не была в детоксикации? — спросил Босх. — Теперь вы досрочно освобождаете ее из детоксикации?

— У меня нет данных о том, что она была в детоксикации, — сказал офицер. — В любом случае, у них в детоксе очередь. Извините, детектив.

Босх сдержал свое разочарование и уже собирался поблагодарить офицера и повесить трубку. Затем он подумал о другом.

— Не могли бы вы ввести еще одно имя, чтобы проверить, есть ли он у вас?

— Дайте его мне.

— Мужчина, белый, фамилия Броуди. Имени у меня нет.

— Ну, это может быть… Нет, я нашел его. Джеймс Броуди, тоже арестован в субботу, тоже обвинение — мошенничество с рецептами. Да, ему тоже дали пинка.

— В то же время, что и Клейтон?

— Нет, раньше. На пару часов. Большинство насильственных преступников — мужчины, и именно для них нам нужно освободить место. Так что мужчины выходят раньше, чем дамы.

Босх поблагодарил офицера и отключился. Через пять минут он уже сидел в своем джипе и ехал по извилистой дороге к шоссе 101. Он поехал по шоссе на север, обратно в долину и в Ван Найс. По дороге он позвонил Циско, пытаясь организовать его встречу с Элизабет Клейтон, если удастся ее найти.

Тюрьма, из которой были освобождены Клейтон и Броуди, располагалась на верхнем этаже штаб-квартиры Бюро полиции Лос-Анджелеса в Долине, где находился мини-гражданский центр, а по краям общественной площади располагались местные суды, библиотека, а также спутниковые здания мэрии и федерального правительства.

Босх припарковался на бульваре Ван Найс в западной части площади и пошел к Бюро "Вэлли", расположенному в дальнем конце бетонно-деревянного конкорса. Был воскресный вечер, и площадь была практически безлюдна, если не считать бездомных бродяг, которые населяли каждый участок общественной собственности в городе. Босх не мог вспомнить, когда в последний раз был на этой площади, но решил, что прошло не меньше пары лет. Кусты и теневые деревья вокруг контуров зданий были подстрижены. Многие из них были заменены пальмами, которые не давали никакого укрытия. Он знал, что это была замаскированная попытка свести к минимуму количество бездомных, которые жили на площади.

Он проверял каждый угол, мимо которого проходил, и каждое лицо бездомного, которое смотрело на него. Он не увидел ни Клейтон, ни Броуди. Библиотека — обычно бастион для тех, кому некуда пойти, — была закрыта. Босх прошел по одной стороне площади, пока не добрался до здания Бюро "Вэлли", а затем повернул назад и пошел по другой стороне. Его поиски ничего не дали, и он вернулся к машине.

Сев за руль, он задумался, а затем позвонил по номеру, который дал ему Джерри Эдгар, когда Босх и Лурдес посетили его офис. Эдгар ответил, и по голосу было похоже, что он спал.

— Джерри, это Гарри. Ты не спишь?

— Просто вздремнул. Держу пари, ты долго дремал.

— Да, вроде того, но у меня есть вопрос.

— Задавай.

— Женщина, которую вы с Хованом арестовали вчера в аптеке вместе с остальными?

— Да, с бритой головой.

— Именно. Я хотел с ней поговорить. Белла сказала, что ее поместили в Ван Найс. Я только что был там, и они освободили ее пару часов назад.

— Как я уже говорил тебе, Гарри, это не самое приоритетное преступление. Я не знаю, что для этого потребуется. Может, если миллион человек умрет от этого, люди проснутся и обратят внимание.