Шрифт:
— Идем, — сказал русский. — Сейчас.
Босх наконец пришел в себя и понял, что этот парень меньше всех говорил по-английски и держался в стороне в пятницу вечером, когда его напарник приставил пистолет к голове Гарри и нажал на курок.
В голове Босх обозначил их как Иван и Игорь, и это был Игорь, тот самый, который обычно не говорил.
Босх спустил ноги с койки и сел. Он протер глаза, взял себя в руки и начал натягивать рабочие ботинки, гадая, не собираются ли они снова отправиться в поход по аптекам, хотя большинство несетевых магазинов, скорее всего, будут закрыты в воскресенье, особенно в латиноамериканских кварталах с низким уровнем дохода, где сильно почитается день отдыха и религиозных размышлений.
Игорь ждал его, прикрывая рот и нос футболкой из-за вони в автобусе. Он указал на дверь.
— Пойдем. Поторапливайся [37] .
Сначала Босх запаниковал, потому что подумал, что Игорь назвал его Гарри и что его прикрытие каким-то образом раскрыто. Но потом он понял, что было сказано с густым акцентом русского.
— Ладно, ладно, — сказал он.
Босх огляделся и увидел, что он был единственным, кого Игорь переполошил. Все остальные в автобусе были по-прежнему мертвы для мира.
37
Hurry, созвучно Harry, Гарри
— Куда мы идем? — спросил он.
Игорь не ответил. Прежде чем натянуть левый ботинок, Босх дотянулся до пола и схватил коленный бандаж. Он натянул его на левую икру, чтобы использовать позже, а затем надел другой ботинок. Он завязал шнурки, взял трость и встал, готовый идти за рецептами, хотя у него росло подозрение, что это не входит в планы на день.
Игорь указал на пол.
— Рюкзак.
— Что?
— Забери рюкзак.
— Зачем?
Игорь повернулся и без лишних слов направился к выходу из автобуса. Босх схватил рюкзак и последовал за ним, выйдя из автобуса на слепящий солнечный свет. Он продолжал задавать вопросы, надеясь получить хоть какой-то намек на то, что его ждет.
— Эй, что происходит? — спросил он.
Ответа не было.
— Эй, а где твой приятель с английским? — попытался Босх. — Я хочу с кем-нибудь поговорить.
Русский продолжал игнорировать слова Босха и только руками подавал ему знак идти дальше. Они прошли через лагерь к поляне, где накануне утром фургоны забирали группы шнырей. Там их ждал фургон с открытой боковой дверью. Игорь указал на вход.
— Ты едешь.
— Да, я понял. Куда еду?
Ответа не последовало. Босх остановился и посмотрел на него.
— Ты едешь.
— Мне нужно сначала пропистониться [38] .
Босх мог сказать, что русский не понимает сленга. Он указал тростью на южную сторону лагеря и начал идти в ту сторону. Игорь схватил его за плечи и грубо перенаправил к фургону.
— Нет. Ты едешь!
Игорь сильно толкнул его к фургону, и Босх чуть не выронил трость, хватаясь за дверную раму.
— Ладно, ладно. Я иду.
Он забрался на сиденье позади водителя. Русский забрался внутрь, захлопнул за собой дверь и сел на скамейку позади Босха.
38
Сходить в сортир.
Фургон начал движение, и вскоре Босх понял, что они направляются к взлетно-посадочной полосе. Он знал, что сидящий за ним человек не владеет языком, чтобы отвечать на вопросы, но растущее беспокойство Босха по поводу происходящего не давало ему покоя. Он наклонился вперед, чтобы охватить водителя периферийным зрением.
— Эй, водитель? Что мы делаем? Почему только я еду к самолету?
Водитель сделал вид, что не видит и не слышит его.
Менее чем через десять минут они были на взлетно-посадочной полосе. Микроавтобус подъехал к самолету с уже крутящимся винтом. Это был не тот "минивэн", на котором Босх совершал все свои предыдущие полеты, но все же явно прыжковый самолет, способный перевозить несколько пассажиров. Другой русский, Иван, стоял рядом с открытой дверью, прикрывая лицо от солнца крылом.
Игорь встал и открыл дверь фургона. Он схватил в горсть рубашку Босха и дернул его к проему.
— Иди. Самолет.
— Да, я так и думал.
Босх чуть не вывалился из фургона, но с помощью трости удержался на ногах. Он сразу же начал идти к Ивану. Он нес трость за ствол, а не шел так, словно она была ему нужна. Он хотел избавиться от любого признака слабости перед человеком, с которым ему предстояло столкнуться.
— Что происходит? — потребовал он. — Почему только я лечу?
— Потому что ты летишь домой, — сказал Иван. — Сейчас же.
— О чем ты говоришь? Какой дом?
— Мы отвезем тебя обратно. Ты нам здесь не нужен.
— Что? Почему?
— Просто садись на самолет.
— Твой босс знает об этом? Я вчера купил тебе четыреста таблеток. Это большие деньги. Ему не понравится потерять их.
— Какой босс? Иди в самолет.
— Вы, ребята, только и делаете, что говорите одно и то же. Почему? Почему я должен садиться в самолет?
— Потому что мы отправляем тебя обратно. Ты нам не нужен.
Босх покачал головой, словно не понимая.