– Смотри, - сказала Люс, кивнув на что-то в толпе. Вскоре Лейла различила жилистую фигуру Питта, который вел оживленную дискуссию с крупным мужчиной в испачканной маслом спецовке.
– Интересно, что он покупает?
– Люс направилась к ним, заставив Лейлу последовать за собой.

Питт был слишком сосредоточен на сделке, которую пытался заключить, чтобы заметить их приближение. Но по напряженным чертам его худощавого лица она поняла, что он изо всех сил старается держать себя в руках.
– Я же говорил вам, - сказал он.
– Мне больше нечем торговать.

– Тогда иди и найди, - ответил человек, испачканный маслом. У него была густая борода, обильно пропитанная спиртом, которая расходилась, обнажая неполный ряд желтых зубов.
– Проход для неквалифицированного рабочего не дешев, сынок. Ты будешь занимать место, которое я мог бы использовать для груза.
– Он поднес к губам глиняную кружку и сделал долгий глоток. Лейла могла сказать, что ему доставляет удовольствие наблюдать за тем, как Питт пытается подавить свой гнев.
– Или, - продолжил крупный мужчина, наклонившись ближе, - может быть, мы могли бы договориться по-другому?

Лицо Питта стало очень неподвижным, челюсть сжалась. Заметив ухмылку под бородой крупного мужчины, Лейла поняла, что это не искреннее предложение, а просто возможность побаловать себя еще большей жестокостью.
– Не волнуйтесь, - сказал он.
– Я не буду просить слишком многого. Всего лишь ежедневный отсос члена. Уверен, что такое маленькое дерьмо, как ты, проделывало и не такое.

Рука Питта потянулась к рюкзаку, лежавшему на перевернутой бочке с маслом, разделявшей их, и предплечье сжалось, когда он что-то схватил. Лейла вспомнила, что не видела, чтобы он оставлял бластер в палатке.

– Ах ты, вероломный ублюдок!
– - сказала она, шагнув вперед, чтобы нанести Питту сильную пощечину.
– И ради этого ты здесь?

Питт не успел отреагировать, когда жирный мужчина, смеясь, покачал головой и скрылся в толпе.

– Какого черта тебе надо?
– потребовал Питт, надвигаясь на Лейлу, а затем в замешательстве моргнул от внезапного отсутствия гнева.

– Ничего особенного, - сказала она, прислонившись к бочке с маслом.
– Но если ты вытащишь бластер, это создаст проблемы для всех нас.

Люс, однако, не разделяла ее спокойствия.
– Люди дома полагаются на нас, - сказала она, понизив голос и изобразив на лице оскал, от которого Лейла забеспокоилась, что она вот-вот набросится на Питта.

– Ваши люди, - ответил он.
– Никто не ждет меня в этой дыре.

– Люс, - сказала Лейла, видя, как она напряглась для выпада.
– Принеси что-нибудь выпить. Раз уж ты можешь за них заплатить.

– С Речником для меня теперь покончено, - пробормотал Питт некоторое время спустя. Он с несчастным видом смотрел на чашку, которую держал в руках - третью по счету за час. Лейла выпила только половину одной - горькое, но крепкое варево, от которого слегка немел язык. Люс молча пила напиток за напитком, не сводя с Питта пристального взгляда.

– Ярость, - сказал он, закатывая рукав, чтобы обнажить татуировку на нижней стороне предплечья. Она не была особенно хорошо прорисована, но Лейла различила смутные очертания автомобиля. Назвали себя в честь старого «Плимут Фьюри, - который мы нашли гниющим на Бониарде. Сначала нас было шестеро, но со временем мы выросли. Другие банды старели или уничтожали друг друга, оставляя место для нас. Так уж заведено в Речнике. Ты пробиваешься наверх, пока не остается никого, с кем можно бороться.
– На его губах мелькнула тонкая, горькая улыбка.
– Конечно, всегда есть кто-то, кто поднимается по лестнице за тобой.

– Значит, тебя сбили с верхней ступеньки, да?
– спросила Лейла.
– Вот почему ты присоединился к Крестовым.

– На самом верху был не я. Это была Джулс. Самая злобная маленькая сучка, которую только можно встретить. Даже хуже, чем вы двое. Когда мы поднимались, она действительно была чем-то. Никаких слишком длинных шансов. Ни один ублюдок не был слишком большим. Я был там в ту ночь, когда она откусила ухо Желейному Парню, а он был чертовски огромен. Но...
– он сделал паузу, чтобы выпить еще, ностальгия стекала с его лица, - она всегда слишком любила сольв, и с ней было ужасно тяжело находиться рядом, когда она не могла его получить.

Сама Лейла никогда не употребляла, но знала сольв по репутации. Его продавали в теневых уголках Искусств - маленькие баночки с химическим растворителем, один нюх которого мог отправить вас в небытие. Крашеры всегда сурово относились к тем, кто попадался на торговле этим веществом, настолько сурово, что даже Велна не стала бы его продавать. Но от суровых наказаний спрос не пропадал.

– А когда она его получала, у нее появлялись замечательные идеи, - продолжал Питт.
– Объединить банды, захватить весь город. Как будто крашеры не разнесли бы нас всех на куски за пять минут. В конце концов, ее мечты помогли ей. Она созвала всех бандитов в Речнике на дружескую беседу, где объявила о своем грандиозном плане. Они все разом бросились на нее. К тому времени, как они закончили, осталось совсем немного. От «Ярости» тоже мало что осталось, только я и еще пара человек. Они убежали в гарнизон. Я выбрал Отбор.