Шрифт:
Зажигалка.
Мои пальцы так сильно дрожат, что мне требуется аж три попытки, чтобы высечь пламя. Щурюсь и неохотно читаю написанное на бумажке.
НУЛЕВОЙ ДЕНЬ.
О, черт! Только не здесь. Не сейчас.
Фил держит меня в своей власти. Зачем он продолжает мучить меня?
Ты это заслужила.
Слезы катятся по моим щекам, когда я пытаюсь сосредоточиться на тексте.
Смерть застала Луизу в полночь.
Я вздрагиваю. Такая же фраза была написана на мосту. Точно такая же. Неприятное покалывание ползет по моему позвоночнику, заставляя сгорбиться и закутаться в одеяло еще плотнее.
Прошло три недели с тех пор, как она получила первое электронное письмо.
Трех недель хватило, чтобы превратить ее, беспечную обывательницу, в бледную тень самой себя.
Три недели, на протяжении которых она почти не могла спать от страха.
Три недели неверия и отчуждения.
Три недели сущего ада.
Ее преследователь так и остался неизвестным. Тень хорошо скрывает его.
Но кто способен на подобную жестокость?
У нее не было даже возможности защититься. Она даже не узнала, за что ей все это. Не узнала, какой смысл избирать целью именно ее.
В свой последний день она была, как никогда, близка к срыву. Утром ей пришло еще одно электронное письмо с извещением о ее смерти. Такое — не впервой, но она понимала, что больше писем не будет. И жизни не будет тоже.
После нулевого дня все кончится.
Страх запретил ей доверяться кому-либо. Страх неприятия, насмешек, сомнений в ее здравомыслии — страх быть отвергнутой. Так что она терпела все это одна.
И вот ее час пробил. Она, еще живая, пытается делать хорошую мину при плохой игре. Она гуляет, общается, играет всю ту же роль довольной всем обывательницы. Ходит в школу. Пытается удержать остатки самообладания.
Но…
Вот она идет домой. Дом ее родителей в отдаленном районе. Чтобы до него добраться, нужно перейти мост. Мост над оживленной железнодорожной веткой, переход через который никогда ее не пугал.
На этот раз все будет по-другому.
Она знала, что-то будет ждать ее там.
Она знала, что на мосту должно произойти что-то ужасное.
История в электронном письме предсказала такой исход.
В ста метрах от моста она заметила преследователя.
Он называет ее имя. Его голос такой неясный и глухой, как шепот ветра. Но ветер не может знать ее имени.
Она ускоряет шаги, оглядывается через плечо. Не одна, а две фигуры в черных очках и с фонарями в руках приближаются. Слепящий луч бьет по глазам: она не разбирает их лиц.
Они все зовут ее по имени.
И она бежит. Да только куда бежать? Зачем?
Впереди железнодорожная насыпь, исчезающая в грязно-сером вечернем свете, и мост. Остается лишь один вариант. Единственный шанс на опасение — стать быстрее преследователей. Так что она бежит так быстро, как никогда в жизни не бегала.
Всего несколько метров до моста, но и там ее уже ждут в темноте. Еще пара фигур в черном. Безликая пара.
В ушах звенит пульс, она так часто и громко дышит, что не разбирает лязг приближающегося состава.
Вниз по насыпи. Или так, или смерть.
Она рывком бросается влево, не обращая внимания на крики позади нее, скользя по крутому склону. Гравий острый, он рвет на ней одежду, царапает. Она не чувствует боли. Ничего уже не чувствует. Такая же омертвевшая, как серый камень, на который брызжет алая кровь.
Земля начинает дрожать. Рельсы вибрируют. Наплевать.
Смерть идет по пятам.
Она должна убежать, спастись. С обеих сторон крутой склон.
Она прыгает. Но очень неловко, неудачно. И прыжок становится падением.
Ее руки сжимают вибрирующий металл, ее лицо рядом о рельсами.
Рельсы! Надо отползти, пока поезд не подоспел.
Но ее нога застряла. Она стреножена. Не может двигаться.
Поезд приближается. Неудержимый. Она должна отползти раньше…
Оглушительный лязг. Вопль стали. Финал неизбежен. Его не остановить.
Последняя попытка спасти себя.