— Денис? — Тетыща осторожно подошел ко мне, не спуская взгляда с замершего титана. — Ты его… контролируешь?

— Да, — прохрипел я, с трудом поднимая голову. — Но это ненадолго. Он ослаб от побоев, поэтому я и смог его взять под контроль. Когда восстановится — вырвется, и тогда хана нам обоим.

— Сколько у нас времени?

— Хрен его знает. Час, может? А может, и меньше. — Я с трудом поднялся, опираясь на биту. — Надо действовать быстро. Спасти наших, пока они живы, и завалить тоннель, пока военные не нагрянули с той стороны.

Откуда-то из недр отеля, из-под груды обломков, донесся скрежет и грохот. Завал задвигался, зашевелился, и оттуда, кашляя от пыли, выбрались двое.

Рамиз — весь в серой бетонной крошке, с кровоточащей ссадиной на лбу, но, к счастью, живой и способный передвигаться. И Вика — наша Вика, не сестра Тетыщи, а стройная девушка с длинными темными волосами. Она прижимала к груди автомат дрожащими руками и оглядывалась вокруг широко раскрытыми, дикими от страха глазами.

— Денис! — Рамиз увидел меня и титана, замершего позади, как послушная собака. Вернее, слон.

Вику титан не смутил, она бросилась мне на шею и расцеловала в обе щеки.

— Денчик, спаситель ты наш!

Азербайджанец застыл на месте, словно вкопанный.

— Это… как ты… что…

— Долго объяснять, потом расскажу. Громилу этого пока можно не бояться. Где остальные? Живы?

— Разбежались в разные стороны, когда этот гад начал громить здание, — выдохнул Рамиз, вытирая кровь со лба. — Лиза увела остальных в джунгли, Эдрик с ними. Макс… хрен знает, где Макс. Он с рацией драпанул первым, даже не оглянулся.

Ну конечно. Макс и паника — неразлучные друзья, как всегда. Вика, которая так и висела на мне, покосилась на Тетыщу, кивнула на него.

— А этот…

— Бергман со мной, — безапелляционно заявил.

Временная победа над титаном, это, конечно, здорово, но гильотиной нависла дилемма, что делать дальше: спасать остальных или рвать жилы к тоннелю и заваливать его силами титана. Если первое, то собирать соклановцев по лесу будет долго, а военные уже вот-вот могут быть здесь, потому…

— Костя, проверь, джип на ходу?

Бергман кивнул и метнулся к БТС, который благодаря кенгурятнику выглядел целым. Заревел мотор, Тетыща кивнул из салона и подъехал к нам. Я продолжил:

­— План такой. Вы возвращаетесь на базу, берете автовышку и ищете наших, помогаете им. А у меня есть одно дельце… Вопрос жизни и смерти. Вашей и моей.

Я посмотрел на титана, который прибавил 5% активности и снял их, трижды долбанув его «Нагибатором». Монстр непонимающе взревел, но из-под контроля не вышел.

— Вопросы потом, — добавил я и велел титану аккуратно взять меня и посадить «на барана».

Бездушный подчинился и, повинуясь мысленной команде, ломанулся к тоннелю по дороге. Каждый его шаг сотрясал землю, словно падал снаряд: бом, бом, бом. На асфальте оставались вмятины. Я старался каждый раз подскакивать, чтобы не отбить себе хозяйство.

Когда мы добрались до руин заправки, я услышал рев мотора и автоматную очередь.

— Стоять, мать твою! — скомандовал я, и титан замер.

Ничего слышно не было. Померещилось, что ли? А, нет! Опять стреляют, причем где-то в районе тоннеля. Неужели я опоздал, и пожаловали военные?

Но кого они бьют? Заглянув в Карту Жатвы, я понял кого.

— Давай, родимый, гони к тоннелю! Будешь кузькиной матерью, которую я им покажу!

Воняло от титана, конечно, жутко. Не знаю почему. Даже от отстойника, жителя канализации, несло не так убойно.

Между тем титан набрал скорость, и от дикой тряски я чихнул, а потом рефлекторно сделал глубокий вздох и чуть не скатился с его плеч — вонь ударила в нос с новой силой. Какая-то отвратительная смесь гниющего мяса, затхлой болотной тины, застарелой мочи и еще чего-то неописуемо мерзкого, от чего желудок пытался вывернуться наизнанку.

Я думал о том, как долго титан будет мне подчиняться. Час? Сорок минут? Что, собственно говоря, произойдет, если титан вырвется из-под контроля прямо сейчас, пока я еду на нем верхом, как на Кинг-Конге?