Даже не раздумывая, я тут же согласился. МАЗ-500, меня полностью устраивал. А то, что вместо тягача будет всего лишь будка, большой разницы не имелось. Конечно, с одной стороны, седельный тягач это двенадцать тонн груза, а грузовик восемь, но с другой стороны, грузовик может тащить за собой еще и прицеп, схожей грузоподъемности, что вообще увеличивает массу груза, чуть ли не вдвое. Хотя и без прицепа, зарплата должна была возрасти значительно. В общем на том и порешили.

Последние два месяца, я постарался отработать так, чтобы никаких претензий, ко мне не имелось. Завгар, как и обещал, загнал освободившийся грузовик на капитальный ремонт, с него сняли кузов, а вскоре, приволокли откуда-то со стороны, новенькую будку, и водрузили на шасси. Правда, к моменту сдачи возник небольшой скандальчик. Оказывается, теперь уже парторг автобазы планировал передать ее тоже, какому-то своему родственнику, причем, до этого момента работавшему, где-то совсем в другой организации. Но тут все, начиная от простого шофера, и заканчивая руководством, объявили чуть ли не бунт. Сразу же нашлись доброжелатели, посыпались жалобы, полетели письма, я тоже не остался в стороне, отправив жалобу в горком партии. Ну а, что? Тут вкалываешь в поте лица, надеясь на нормальный автомобиль, и вот те на те хрен из-под кровати, появляется какой-то мужик неизвестно откуда, которому и отдают твой автомобиль. Что это за партия такая, которая на свой народ кладет с прицепом. Уже на следующий день, из обкома партии, явился представитель, и надавал всем по шапке. Парторга сняли с должности, и отправили с понижением в какой-то колхоз, директору влепили выговор. А родственника парторга, успевшего сделать рейс на новеньком грузовике, тут же пересадили на мой газон, а мне отдали обещанный фургон. Мужик, только взглянул на предложенный ему грузовик, обложил матом, своего, как оказалось тестя, и тут же уволился с работы. Мол не хрен обещать если не можешь исполнить.

Моя зарплата, стоило покататься всего один месяц, тут же значительно выросла. Теперь я получал уже сто семьдесят или больше, в зависимости от количества рейсов и перевезенного тоннажа, плюс к этому шли командировочные, которые тоже приносили немалый доход. Конечно с них требовали отчета, но счет-справку с любой гостиницы, по пути следования выдавали влет. Независимо от того, ночевал ли ты в ней, или нет. Ну а что, им тоже, было это выгодно. Или пускать меня, или же под этим видом заселять человека со стороны. Отказать мне в номере нельзя, я в командировке и номер бронируется. А так как, я не заселяюсь, то можно пустить кого-то другого. Еще и с доплатой.

Первые пару месяцев, катался просто так. В том смысле, что возил только то, что было указано в путевке. Но по мере работы, узнал, что можно неплохо заработать, даже не имея места в кузове. Один приятель, так и вообще, убрал со спального места кабины матрац, и почти каждый рейс, возил кое-какие фрукты. Например, те же яблоки, спокойно выдерживали недельную перевозку. Купленные в Ташкенте за сущие копейки, в том же Иркутске, уходили уже по рублю. Ящик ранней черешни, массой в три-четыре килограмма, приобретенный перед отъездом из города, через два-три дня в том же Новосибирске, отрывали чуть ли не с руками впятеро дороже закупочной стоимости. В обратную дорогу, привозилась копченая рыба, другие дефицитные в Ташкенте продукты. Зимой та же свинина, которую здесь найти было почти невозможно, из-за проживающих здесь мусульман. В общем крутились, кто как мог.

Уже через полгода, за моим сиденьем, стоял окрашенной в цвет кабины, фанерный лист, скрывающий за собою штабель из ящиков. В которых в зависимости от сезона, лежали соответствующие фрукты, а в Барнауле, и Новосибирске, куда чаще всего у меня случались рейсы, на въезде в город, уже дожидались меня перекупщики, нетерпеливо переминающиеся с ноги на ногу. Перед выездом в рейс, телефонный звонок поднимал на ноги эту братию, и стоило мне добраться до условленного места, груз тут же перекочевывал из моей кабины, в легковые автомобили перекупщиков, и отправлялся на местные рынки, а мне взамен, вручалась оговоренная сумма. Поговаривали, что тот же старый коммунист Сергей Иванович, которому достался новенький КАМАЗ, пошел еще дальше, отделив часть прицепа-рефрижератора, в самой глубине, и загружал туда до полусотни ящиков, доставляя их до Иркутска, Братска, и чуть ли не до Владивостока. А там сдав государственный груз, куда нужно спокойно освобождал «алку» — так называли прицеп-рефрижератор от своего калыма не опасаясь никаких проверок, и получая только за один рейс чуть ли не полугодовую зарплату.

Некоторые проблемы, возникли только однажды, когда при очередном рейсе, меня остановили менты, перед въездом в Южносибирск, и начали раскручивать на спекуляцию. Откровенно говоря, в тот момент, мне просто не повезло, остановиться у придорожного кафе, чтобы позавтракать. Согласно путевки у меня были запчасти для сельхозтехники, а кто-то из подъехавших ментов заметил стоящие на спальнике за занавеской ящики с гранатами. Я как раз стоял возле своего грузовика, а менты шили мне незаконную перевозку не отмеченных в путевке фруктов, как возле меня, остановился уазик моего бывшего командира, уже с новым водителем. Тот похоже моментально сориентировался в проблеме, и тут же наехал на ментов, скорее задавив их своим авторитетом. Что он там им говорил не знаю, но в итоге, мне вернули права, я, по совету своего бывшего командира, передал им один из ящиков с таджикскими гранатами, и, пристроившись за уазиком покатил за ним в знакомую воинскую часть. Таджикские гранаты, купленные в пригороде Турсунзаде, пришлось отдать практически по себестоимости, едва оправдав поездку. Плюс командиру два ящика ушли совершенно бесплатно, как впрочем и милиции. Но зато меня отмазали от статьи, а это было бы куда как хуже.

В этот день, оставив грузовик в части, под охраной военных, я ночевал в квартире командира. Валентина, как оказалось уже успела выскочить замуж, и переехать в квартиру мужа, прапорщика нашей же части, и сейчас ходила с огромным пузом, обещая разродиться двойней. Приняли меня хорошо, переночевав у командира в квартире, дал обещание не забывать, и иногда привозить, что-нибудь вкусненькое, а взамен, мне был дан номер телефона, по которому в случае чего, можно было позвонить, и вызвать подмогу. Разумеется, не бесплатно, но… Я конечно пообещал, но задумавшись над словами Сергея Анатольевича, скорее решил просто в следующий раз, отправиться другим маршрутом. Пусть в итоге, мне придется ехать на пару сотен километров дальше, зато не нарвусь на жадных южносибирских ментов, и военных. И не отдам за бесценок то, на что очень рассчитывал.

Между тем, с момента свадьбы прошло уже полтора года. Жена, благополучно перенесла беременность и точно в срок, произвела на свет девочку — Сашеньку. Почему-то все окружающие в один голос утверждали, что она моя копия, хотя я, находил в ней скорее черты своей жены. Но в общем-то не возражал, наоборот гордился хотя бы тем, что ее ни с кем иным не спутаешь, и это радовало. Заработки у меня, были хорошие, и поэтому на семейном совете, было решено, что супруга отправится в декретный отпуск, и, хотя бы года полтора, а то и дольше, посидит дома, занимаясь воспитанием ребенка. Заодно, чтобы не терять времени даром, можно восстановиться в институте, где оказывается, какое-то время училась моя супруга, пусть даже и придется перевестись на заочное отделение, и пока сидит дома, как раз можно продолжить обучение. А уж на время сессии, решим, как выкрутиться, с дочерью.

Впрочем, Сашенька, как по обоюдному согласию назвали девочку, всегда была спокойным ребенком. Никогда не голосила, как соседский пацан, на пару месяцев старше нашей дочурки, и всегда все воспринимала, скорее с юмором. Если вдруг намочит пеленки, то фыркнет, и начнет самостоятельно из них выбираться, но молча и упорно все-таки выползет на свет, а все пеленки собьет в кучу, а голос подаст, только когда замерзнет. Да и то, как-то лениво, только чтобы привлечь внимание. Вообще, девочка была очень активная, к восьми месяцам, уже достаточно свободно передвигалась по комнате, и четко произносила некоторые слова пытаясь складывать их в предложения. А к году, оказалась такой болтушкой, что остановить ее было просто невозможно.