Поднимаюсь обратно в дом, еду на лифте до нужного этажа.

У Евгения есть ключи, поднимется сам, ждать его не стану.

Как они меня не ждут и совсем со мной не считаются.

От обиды в горле першит.

*****

Евгений появляется через полчаса, наверное. Застывает на пороге, хмурый и собранный.

– Мне нужно уехать, с кое-какими людьми переговорить.

– Не понимаю, зачем ты мне это рассказываешь!
– всплескиваю руками.
– Сыну расскажи, вы же тут оба уже все решили! Самостоятельные! Все лучше знаете! Все сами умеете! Мнение мамы-наседки и жены вам ни к чему!

– Бывшей жены, - остужает мой пыл Евгений.

Спасибо, что напомнил, конечно! Вот только я и не забывала об этом.

– Так, все на эмоциях.

– Все, кроме Никиты, очевидно! Ему хорошо живется.

– Судя по всему, он с этой девчонкой трахался, когда мы позвонили, - Евгений делает шаг вперед.
– Когда на пороге неприятности, Вик, жизнь не заканчивается, не останавливается. Переживаниями себя можно только в постоянный стресс вогнать.

– Что ж, очевидно, наш взрослый сын знает прекрасный повод, как его снять!

– Тебе бы тоже не помешало, - добавляет бывший муж отрывистым, хриплым голосом, обдав меня с ног до головы жгучим взглядом.
– Видно по женщине, когда она недотраханная. Либо мужика нет, либо тот, что есть, с твоими аппетитами, не справляется.

– Пошел вон. Ты, кажется, собирался решать проблемы сына?! Вот и решай.

Но он не слушает. Делает шаг ко мне, берет за локоть.

Его прикосновение словно электрический разряд. По всему телу пробегает дрожь, но не от страха.

– Так я ведь и твою проблему решить готов, Вик, - проводит ладонью по ширинке.
– Только намекни, и ты уже будешь стоять лицом к стене и стонать от удовольствия.

Делаю шаг назад, Евгений не сводит с меня пристального взгляда.

– Не пытайся залезть ко мне в трусы, Евгений.

Он складывает руки под грудью.

– Рядом с толковым мужчиной трусы вообще не нужны. Забыла, что ли, - произносит он вкрадчивым голосом.
– Что раньше ты часто по дому без трусиков ходила? Под всеми этими длинными платьями и юбками.

В лицо бросается жар.

Меня бросает из одной эмоции в другую.

Таких качелей не было давно!

– Есть на мне трусики или нет, больше не твоя забота, Евгений. Заглядывай под юбки своим шлюхам.

– Так есть или нет?
– не унимается он.

– Нет. Доволен.

Глаза бывшего вспыхнули, через секунду он дерзко прижимает меня к комоду и сжимает лапищей ягодицы, но, почувствовав край трусиков через тонкую ткань платья, разочарованно отступает.

– Соврала.

– Я не обязана быть с тобой честной. Займись делами, а то складывается ощущение, что из нас двоих недотраханный - это ты.

– Нет, Викуль, у меня нет недостатка в сексе, - разводит руками.
– Но есть недостаток кое в чем другом.

– В чём же.

– Сама знаешь.

Плевать.

Просто взял бы ушел и больше не поднимал эти темы, ещё и с таким наглым видом.

Совсем оборзел от своей вседозволенности!

– Ты так и не ответил, какие у Никиты проблемы?

Бывший вздыхает и почему-то зло зыркает на меня.

– Это все ты виновата!
– тычет в мою сторону пальцем.

– Я?!

– Да, ты!
– повышает голос, сжав кулаки.
– Я хотел его в бизнес отдать, пусть бы занимался, работал, глядишь, из парня толк бы вышел. Но здесь ты вмешалась. «У мальчика тяга к музыке, у него талант! Нельзя тухнуть на нелюбимой работе…» Это же ты несла всю эту несусветную, типично бабскую, блевотную херню! Про то, что нужно заниматься исключительно тем, к чему есть призвание! А я, тоже дебил, взял и зачем-то тебя послушал! Пусть Никита занимается, чем ему хочется. Вот и дозанимался, млин!

– Ты ничего не рассказываешь, ты только орешь на меня!
– тоже повышаю голос.

– А как не орать? Вик, как здесь не орать, скажи? Сын захотел с тобой остаться? Ок, принято. А ты оценивала, чем он занимался? Ты спрашивала, вникала? Или только была рада, что он музычку написывает! Это долгий путь, когда поднимаешься без большого бабла и связей! А наш сын не привык к долгим и сложным путям. Ему все сразу подавай. Деньги ему на проект понадобились!

– Что?!
– ахаю.
– Нет, постой… Он просил, да. Но у меня не было таких денег. Он даже вскользь заметил, что мы могли бы продать квартиру! Разумеется, я ему отказала на это…. Потом он сказал, что остыл к этой идее.

– Вот ни хрена не остыл, - огрызается Евгений.
– Мне не могла сообщить, что ли? Я бы уже тогда понял, к чему это все ведет и предпринял предупреждающие меры!

– Снова ты все на меня сваливаешь!
– психую я, сорвавшись на крик.
– А может быть, все дело в том, Женечка, что ты при разводе нам ни хрена не оставил? Кроме этой квартиры?! Может быть, дело в этом?

Евгений мрачнеет лицом.

– Я предлагал тебе вариант, он тебя не устроил, - буравит меня тяжелым взглядом.