Её глаза скользнули по шифоновой ткани.

— Я и сама не привыкла видеть тебя разодетой. Что с тобой происходит?

— Что ты имеешь в виду?

Софи покрутила сигарету между пальцев, используя её, чтобы провести воображаемую линию по моему наряду.

— Ты открываешь кожу. — Она указала на мои ногти, которые я покрасила в красный цвет под настроение, чтобы сочетать с помадой. — Ты используешь яркие цвета. — Она протянула руку и дотронулась до большого изумрудного ожерелья на моей шее. — И на тебе броское украшение. Это так на тебя не похоже.

Она часто подтрунивала надо мной из-за того, что я избегала ярких цветов и смелых украшений. Простота всегда была моим стилем, но я не удержалась, когда нашла нераспечатанный флакон красного лака для ногтей и ни разу не надетое ожерелье с изумрудом в своей шкатулке.

Голова была мутной после последнего бокала шампанского, смешанного с дымом от сигарет. Алкоголь затуманил мой разум, и я заговорила, не подумав.

— Ты можешь винить в этом профессора Максвелла.

Её брови почти взлетели к линии волос.

— Кайдена? При чем тут он?

Софи была на пару лет старше меня и на пару лет младше близнецов Максвеллов. Хотя мы познакомились в начальной школе, она знала близнецов всю жизнь. Я никогда не делилась с ней своими чувствами к Дэймону или тем, что записалась на курс профессора Максвелла, опасаясь, что моя семья разозлится, если об этом станет известно.

— Я записалась на курс профессора Максвелла, — призналась я тихо.

— О. — Её голос поднялся на октаву. Она пристально посмотрела на меня, прежде чем спросить: — И, я полагаю, твоя семья не в курсе?

Я покачала головой. Лучше было признаться. Рано или поздно она сама бы узнала от близнецов. К счастью, Софи была одной из немногих нейтральных сторон в затяжной вражде. Она должна была понять, что это было сугубо ради учебы, не более того.

— Каково это – иметь Кайдена в качестве профессора? — задумчиво спросила она.

Сигарета между её пальцами покачивалась с каждой затяжкой, пока кончик тлел в такт её дыханию. Это напомнило мне о Дэймоне. Он тоже курил, и я повертела головой в поисках его. Обычно он посещал такие мероприятия и, вероятно, был здесь, где-то поблизости. Дэймон окончил Нью-Тех и недавно вернулся для получения степени MBA5. По иронии судьбы, он снова стал студентом, в то время как его брат был профессором.

— Ужасно, — пробормотала я рассеянно, на что она рассмеялась. — Он считает нас идиотами, заставляет чистить его лабораторию и насмехается над тем, как я одеваюсь.

Ну, не совсем. Скорее, он смотрел с некоторым осуждением на мой стиль.

Теперь, когда я задумалась, я не была уверена, что он вообще осуждал меня. Это было скорее наблюдение. Я не понимала, почему его мнение задело меня настолько, что я перерыла весь свой гардероб.

Софи затянулась сигаретой, её щеки слегка втянулись.

— Не обращай внимания на Кайдена. Он родился ворчуном.

Её слова вызвали в воображении образ юного профессора Максвелла в строгом костюме, решающего задачи на доске, вдвое больше его самого. Эта картинка заставила меня улыбнуться, но также разожгла моё любопытство.

— Каким он был в детстве? Наверное, очень серьезным и никогда не смеялся?

— Хм… вроде того, — задумчиво ответила она.

Моя улыбка исчезла, когда я заметила, как её лицо исказилось при мысли о детстве профессора Максвелла.

— Что это было за выражение?

— Какое выражение?

— Ты скривилась, когда я спросила о его детстве.

— У меня просто такое лицо.

Я бросила на неё выразительный взгляд, и Софи сдалась, закатив глаза.

— Если хочешь знать, у Кайдена было не самое лучшее детство. Странно так говорить, ведь у его близнеца было прекрасное детство и любящие родители. Но у Кайдена были другие родители, не такие, как у Дэймона.

Я нахмурилась.

— Теперь я запуталась… Близнецы же имеют одних и тех же родителей. Биология и всё такое.

Терраса Банкетного зала казалась размытой: я была официально навеселе. Но я увидела, как Софи снова скривилась. На этот раз это было скорее похоже на гримасу.

— Технически, — осторожно протянула она, будто подбирая слова. — Но родители вели себя с Кайденом совершенно иначе. То, как они его игнорировали… — Она покачала головой. — Если бы они не были близнецами, я бы подумала, что он приемный.

Я с любопытством уставилась на неё.

— Почему их родители были безразличны только к одному ребенку?