— Я готов заплатить за кольца, если они тебе понравятся, — негромко поведал своей невесте Акума. Сам он, как и я, например, явно к ювелирным украшениям равнодушен.

— Я не вижу ни сигнализации, ни камер. Вас не обворуют? — заметила Ануша. Уж она-то родом из не очень безопасной страны и всё понимает.

— Ах-ха-ха! У Карла Шварцкопфа не воруют. Хотел бы я поглядеть на того, кто рискнёт меня обокрасть, — как-то зловеще рассмеялся антиквар после того, как Юаса перевела ему вопрос и посмотрел почему-то на меня. Я-то тут при чем? Я не только не собираюсь брать чужого намеренно, но и пристально слежу за рефлексами прежнего Макото, дабы не присвоить что-то случайно. Очень неловкая может выйти ситуация.

— Мне нравятся вот эти! — Мари указала на витрину.

— Как всегда безупречный вкус, фройляйн. Начало двадцатого века, розовое золото, работа Флорентийского ювелира Аурелио Серафини из его серии венчальных колец, названных «Связь Сердец». Согласно легенде, эти кольца связаны между собой и, как следует сосредоточившись, можно ощутить сердцебиение партнера. Когда муж прекрасной юной итальянки, между прочим, одной из побочной линии семьи Медичи, пропал в Альпах во времена Первой Мировой. Жозефина прислушивалась к кольцу и дождалась супруга. Увы, он отморозил себе ногу и вернулся с войны калекой, но любовь их продолжала согревать сердца еще много лет и оба дожили до шестидесятых. Герр Окане, пожалуйста, примерьте. Уверен, размер вам подойдет.

Никакой лжи. Но антиквар и не утверждал, что кольца волшебные, сакральное «согласно легенде» позволяло выдать любую чушь. А то, что легенда придумана самим Карлом — это мелочь, недостойная упоминания. Явно профессионал своего дела — выманивания денег.

Примерка прошла, размеры подошли и взгляд Мари-тян буквально засветился от восторга, когда она «прислушалась к кольцу», прикрыв на пару секунд глаза. Скорее всего, услышала свой собственный пульс.

— Пятнадцать тысяч евро, — назвал цену продавец, явно задрав ее если не на порядок, то как минимум вдвое. Хотя деньги отнюдь не космические. Всего несколько миллионов йен, насколько я представляю курс. Даже такой начинающий миллиардер, как я, мог бы их себе позволить и не разориться.

— Акума-кун, покупай, я хочу только эти кольца! — потребовала Юаса.

— Хорошо, если они тебе нравятся, пусть будут эти, — легко согласился Окане Акума. Парень честно попытался изобразить, что ему не всё равно.

— Герр Шварцкопф, моя подруга Акияма ищет редкие скульптуры, — продолжила Юаса. — Момо, покажи, пожалуйста, фотографию.

Наследница Кэнсина предъявила свой телефон.

— Мне нужно изучить каталоги. Кажется, это из коллекции Принцхорна, из купленного уже после ее передачи университету.

— Должны быть еще две вещи, — рискнул я и показал фотографии из архивов Аненербе, — а эта уже найдена, но наших друзей к ней не пустили.

— Приходите вечером, я проверю свои источники и воспользуюсь связями для доступа в запасники Принцхорна. Если Карл Шварцкопф не найдет ваши статуи, то никто их не отыщет. И у старого Карла есть вещица специально для вас, фройляйн, — антиквар смотрел прямо на Мияби и Анушу.

— Шварцкопф-сан говорит, что у него есть вещь для тебя, — перевел я для Махараджако.

Владелец квартиры уже копался в антикварном шкафу, выглядящем, как предмет искусства, достал лакированную шкатулку из красного дерева, источающую аромат сандала и открыл ее.

— Какая красота! — ахнула Мияби.

— Как необычно! — вторила ей Акияма Момо.

— Я тоже такое хочу! А что это? — высказалась Юаса.

В шкатулке находился массивный браслет, соединенный тонкими цепочками с золотой пластиной в виде цветка лотоса, украшенной жемчугом, от которой отходят еще пять цепочек, прикрепленных к кольцам.

— Это хаатх пхул, индийское свадебное украшение, — поведала Ануша, — одно из шестнадцати обязательных. Красиво, если бы у меня были лишние деньги, я купила бы.

Или антиквар хотя бы немного знал японский, или опытному торговцу такая условность, как языковой барьер, не мешает. Но стоило зайти речи о деньгах, он назвал цену.

— Отдается со скидкой, всего за тридцать тысяч евро, из моего почтения к благородным предкам прекрасной леди.

Только лишь в два раза дороже, чем комплект из двух колец. При том, что золота на индийское украшение ушло как бы не на порядок больше. Вероятно, хотя бы часть элементов не более, чем позолоченные. Например, браслет, чтобы не был слишком тяжелым, и цепочки — их рационально изготовить из менее мягкого металла.

— Герр Карл, я покупаю этот гарнитур! — сообщила Юаса. — Упакуйте вместе с кольцами.

Вот за это кто-то из университетских подруг ее и проклял. За то, что уводит из-под носа понравившуюся вещь. Вероятно, если бы Ануша владела магией, то сейчас тоже сотворила бы небольшое проклятие. Или нет. Моя подруга не такая, а Юаса, несмотря ни на что, девушка добрая, наверняка одолжит хаатх пхул на свадьбу. Так что пострадал тут разве что кошелек семьи Окане, но это было неминуемо.

До вечера оставалось еще много времени и мы поступили, как и полагается порядочным туристам — отправились на экскурсию. Гейдельберг к тому располагал. Побывали в той самой студенческой тюрьме, пустующей уже более ста лет. По-своему интересно, особенно стены, расписанные протограффити. Скучающие в заключении школяры развлекались, как могли — рисовали. Символы университетских братств, карикатуры и попросту имена авторов росписи. Казалось бы, вандализм, но талантливый. Акияма даже поделилась со всеми мнением, что купила бы эту тюрьму.