Люмик молчал, и не поднимал головы.

— Ты сейчас дырку взглядом в столе просверлишь. Что с тобой?

— Ничего. Смотреть на это противно.

— Мы на задании, — напомнил убийца. — Так что смотреть все же придется. Вон там, например, за столом в центре, народ играет в карты на раздевание.

— Вот именно. И они все почти голые, — хмуро ответил Люмик.

— Да, моя маленькая розовая фея, — ухмыльнулся убийца. — Боюсь, сегодня твоей нравственности будет нанесен пиздец, какой урон. А вон там на бочке пляшет перед двумя монахами пьяная девка. Тоже голая. И сиськи ничего так. Погляди!

— Не хочу. Ничего особенного в голой девке нет.

— В этой есть. У нее зеленый ирокез.

— Ну и что тут такого?

— Не на голове, моя чистая душа! — расхохотался Джо.

Люмик злобно сплюнул.

Публика действительно была необычная и весьма разношерстная.

— Ладно. Тогда посмотри в угол, — предложил убийца, показывая пальцем еще на одну компанию. — Это зрелище ничуть не нарушит твой моральный облик.

Люмик проследил за рукой Джо. За столом в углу методично и тихо напивались пятеро пожилых господ в дорогих костюмах.

— Они не похожи на простых людей, — сказал убийца. — Ты лучше знаешь высшее общество. Узнаешь кого-нибудь?

— Да. Это придворные его величества. Два графа, три барона.

— Интересный пердюмонокль…

— А вон там хозяин элитной цирюльни, в которой мне маникюр делают, — Люмик указал на другой угол, где наряженный в пышное платье лысый мужик флиртовал с широкоплечей женщиной в галифе.

— Кто из них хозяин цирюльни? — не понял Джо.

— Который в платье, конечно.

Три молодых морячка в центре зала отбивали чечетку, то и дело нечаянно обваливаясь на стол, за которым голые люди играли в карты. На танцоров не обижались, только отпихивали их обратно. Девица с зеленым ирокезом соскочила с бочки, сбила с ног самого толстого монаха, вскочила на спину верхом, и с радостным гиканьем погнала через весь зал. Ей бурно аплодировали мрачные, утянутые в кожаный доспех парни с разрисованными лицами.

— Отвратительный, разнузданный бардак и пристанище низкого разврата, — резюмировал Люмик.

— Зато тут все равны, — хохотнул Джо, с удовольствием разглядывая мерно покачивающуюся грудь девицы с ирокезом.

— За равенство! — вдруг пьяно взревел один из монахов, и поднял кружку с пивом.

— За равенство! — прогремел хором весь зал.

После этого духоподъемного тоста каждый снова занялся своим делом.

Джо встал, потянулся.

— Ты куда? — удивился Люмик.

— На выполнение задания.

— Надеюсь, помнишь, что стрелять тебе здесь нельзя?

— Я и не собирался.

— А что ты собирался?

— Внедряться, — хладнокровно ответил убийца, пробираясь к стойке бара.

Люмик, шепча проклятия на эльфийском, пошел вслед за Джо. Он нисколько не доверял шпионским способностям напарника. Но убийца решил действовать самым простым путем. Усевшись возле стойки, громко приказал бородатому трактирщику:

— Всем пива за мой счет!

— Ты чего шикуешь? — прошипел Люмик, устраиваясь рядом.

— Спокойно. Патрон хорошие представительские выдал. И на этот раз ответственный за операцию я, — тихо ответил Джо. И подняв кружку, гаркнул:

— За равенство!

— За равенство! — с готовностью отозвалось обрадованное халявной выпивкой сообщество.

Джо продублировал угощение с тостом, затем развил бешеную деятельность. Через час он уже был знаком почти со всеми в зале. Выпив с каждым, убийца вернулся к стойке, беседовать с трактирщиком о его проблемах с женой. И выказал себя тонким психологом.

— Ты понимаешь, она меня не слушается, — жаловался захмелевший трактирщик. — Видишь, синяк под глазом? Это все она.

— А ты ее по заднице! — со знанием дела советовал Джо.

— Ну даже не знаю, — поежился трактирщик. — Она так сковородой орудует, что связываться с ней страшно.

— Не слушайте его, — вмешался Люмик. — Подарите женщине цветы, увидите, как изменятся ваши отношения.

— Хм. Ушастый дело говорит, — поскреб в затылке мужик. — Эльфы, они все такие, блядь… С обхождением. А когда дарить? До того, как жена меня со шлюхи стаскивает или после?

— Вместо, — твердо заявил Люмик. — Иначе это не работает.

— Ты мой хороший! — умилился трактирщик. — Я бы в жизнь не догадался. Пей! — он набулькал виски в кружку с пивом, которую держал эльф. — За счет заведения.

Трактирщик поднял кружку и возвестил на весь зал:

— За равенство! За наше новое дело!

— За равенство! — откликнулись десятки глоток.

— А что за новое дело? — вкрадчиво поинтересовался Джо.

— Не скажу тебе, — икнул уже пьяненький трактирщик. — Ты плохому учишь, и нихуя не разбираешься в женщинах.