Шрифт:
— Красивая, но глупая, — ухмыльнулся Батыр, разжимая ладонь левой руки, в которой я с трудом разглядел какой-то кругляш. — Знаешь, что это такое?
— «Затвор», — мрачно ответила девушка. — Медальон блокирующего действия. Ты где достал этот артефакт, голодранец?
— Ой, дура, — прошептал Ванька, увлечённо глядя на представление. — Ей бы промолчать, согласиться на условия. Главное, покинуть парк целой и невредимой.
Друг был прав. А я с тоской подумал, что самое худшее впереди. Худшее для меня, потому что не мог просто отсидеться в кустах, когда стервозную (по слухам, гуляющим в Сети) девицу начнут резать на куски. Или стукнут по голове и утащат с собой. Ищи потом дурочку по всему Уральску.
«Диспозиция не в нашу пользу, — подтвердил голос тёзки. — Куча отморозков с ножами».
«И что делать? Оставлять девушку на произвол судьбы? — мой мозг искал выход из ситуации, но видел только два: тихо уйти, не привлекая внимания, или со слабоумным героизмом влезть в драку. — А если не вмешаюсь, с ней могут что угодно сделать».
«Да, девица видная. Только что-то мне не нравится. Какая-то наигранность, — бормотал задумчиво майор. — Как может голодранец диктовать условия аристократке, да ещё одарённой?»
«Поверь, может, — усмехнулся я. — И в заложницы могут взять, и в рабство угнать, чтобы потом потребовать огромный выкуп».
«Ладно, смотрим, что дальше будет, — откликнулся Субботин. — Безумству храбрых поём мы песню, да, тёзка?»
А Батыр, этот предводитель местной шпаны, вовсю изгалялся, сжимая медальон.
— Не получилось, красавица? Ай, как нехорошо! Ладно, если не будешь платить, то мы тебя заберём, пока деньги не получим.
Про угрозу Сафара отрезать ему палец за невыполненное задание Батыр благополучно забыл. И это тоже стало очередной странностью.
— Ты что городишь, сволочь? — зашипела девушка, не понимая, что шутки кончились, и даже сделала шаг вперёд, чтобы залепить пощёчину ухмыляющемуся бухарцу.
— Эй, нукеры, хватайте её! — крикнул он и отскочил назад.
Человек десять бросились на Аллу, схватили её за руки и потащили в дальний угол парка. Ну, вот, как я и предполагал. И девушка, наконец-то, сделала то, что нужно было с самого начала -вопить.
— Помогите-еее! Люди-иии!
— Наш выход, дружище, — я хлопнул по спине Ваньку, ободряя его на ратный подвиг.
— Да твою же мать… — прошептал помертвевший от страха Дубенский. — Мишка, ты же больной на голову! Нас на куски порежут!
Я хохотнул и расслабился, давая майору Субботину занять моё место. На мгновение в глазах помутнело, но тут же взгляд приобрёл резкость, движения стали по-хищнически опасными… ну, для тех, кто это понимает.
— Эй, ссыкуны володарские[2]! — весело крикнул я, вылезая из кустов. — А вы ничего не попутали? Девушку отпустите!
Примечания:
[1] Подставка под кружку, с немецкого «крышка для пива»
[2] Володарка — посёлок, пригород Уральска, вошедший в городскую агломерацию.
Глава 6
Буду резать, буду бить!
В первый момент, когда в мою сторону начала двигаться кодла с нахмуренными рожами, на которых читалось желание затоптать наглеца на месте, я подумал, что душа майора Субботина очень плохо влияет на мои умственные способности. Непонятно только, почему тёзка, опытный вояка, принимавший участие во многих конфликтах, поддался адреналиновому выплеску в молодом теле. Будь я на его месте, вообще бы запретил реципиенту выпрыгивать из кустов. А так… Только ускорил ход, не глядя, бежит ли за мной Ванька или остался на месте.
Первых двух, особо рьяных малолетних бандюков я встретил простыми, но жёсткими ударами. Снёс одного с ног прямым в переносицу, второго угостил мощным пинком в коленную чашечку, обогнул завывших от боли парней и прыгнул на тех, кто оказался вооружён короткими дубинками. Они их достали из-под курток и решили замолотить меня, не допуская до Батыра. Их командир клювом не щёлкал, а угрожая ножом, сверкнувшим у шеи Аллы, стал отходить вместе с теми, кто держал её вассалов пленниками. А остальные решили задержать нас.
И я полностью передал управление телом тёзке, отмечая краем сознания, как во все стороны отлетает незадачливая шпана. Майор не выделывался, а, управляя моим телом, жестоко прореживал ряды противника дубинкой, отобранной у кого-то в пылу драки. Я-Субботин бил по рукам и плечам, по лицам и головам, оставляя за собой воющих и стонущих ублюдков. В какой-то момент уловил рядом с собой движение и почувствовал, как тёплая волна радости окатила сердце. Ванька был рядом. Из носа у него текла кровь, над левой бровью ссадина, которая тоже кровоточила, и Дубенский постоянно вытирал её ладонью. В одной руке у него была трофейная дубинка, которой он охаживал шевелящихся гопников, чтобы те не поднялись, и не напали на меня со спины. Воодушевлённый, я раскидал деморализованных парней и рванул к Батыру.