А вскоре высокая фигура замерла в узком проходе между лестничным маршем и стеной.

А я отвернулась, не в силах смотреть на этого парня. Потому что глаза его сочились жалостью, а я ее на дух не переваривала. Это чувство было бесполезным и непродуктивным. Хоть ужалейся! А что толку?

— Вот уж не ожидал тебя увидеть в таком состоянии, Золотова. Я думал ты за бензопилой побежала, чтобы всех врагов на мелкие кусочки порезать. А тут мокрота. Я разочарован.

— Пошел к черту, Летов! — огрызнулась я.

— Я только что от него, — хохотнул блондин, а затем решительно двинул в мою сторону и уселся рядом.

Я вся натянулась, как струна, и чуть было не подпрыгнула со своего насеста, дабы убежать прочь, но не успела. Крепкая рука намертво вцепилась в мое предплечье и одёрнула назад.

— Да не торопись ты так. Давай поболтаем.

А я повернула к нему лицо и долго всматривалась в неестественно голубые глаза парня. В его слишком сладкий фасад с пухлыми губами и острыми скулами, что так пламенно любили девчонки. И не понимала, как можно быть столь жестоким при всех этих сахарных внешних данных.

И не стыдно же, да?

Отыграли со мной очередной хоррор, а теперь сунулись проверить как дела. Потыкать палочкой — не сдохла ли.

— Руку от меня убери, — угрожающе прошипела я, и Летов тут же исполнил мое требование, но молчать не стал.

И ментально ударил наотмашь.

— Это не Тим.

— Ну, конечно, — улыбнулась я, хотя скулы выламывало от протеста делать это, — и как я сразу-то не догадалась?

— Это. Не. Он.

— Летов, отвали, — снова попыталась я подняться и снова мне не дали этого сделать.

— Сидеть!

— А чего это ты сюда притащился, Захар? Или только у тебя хватило совести мне в глаза посмотреть?

— Тим на спортивных смотрах, Ян. Еще в ночь в Сочи улетел. Он, скорее всего, даже не в курсе, что тут происходит.

— Смелая попытка, но мимо, — отмахнулась я.

— Да зачем бы ему это делать, сама посуди?

— А не зачем, да? — охнула я от такой наглости.

— А на хрена ты в машину к Царенову села, а? — вдруг неожиданно жестко наехал на меня Летов так, что я даже на мгновение ошалела. — Да еще и трубку не брала, когда тебе Тим звонил. Блин, Яна, всему есть предел!

— Расскажи это своему другу, который на моих глазах перетрахал половину института! — зарычала я, понимая, что выдаю себя с головой. Но уже все — Остапа понесло.

— Так это потому, что ты врубила «красный свет»!

— Ах, какая я нехорошая, — истерично рассмеялась я.

— Нет, просто ты не догоняешь очевидных вещей!

— О, ну тогда расскажи, какого хрена ты ляпнул про то, что меня все катают, кроме тебя расчудесного, м-м?

— Бля, — впечатался Летов лицом в открытую ладонь, а затем закатил глаза и посмотрел на меня с укором, — Золотова, ну вот поэтому и ляпнул! Потому что вы оба упертые, как два барана! Пока не пнешь, дела не будет.

— Ты меня утомил, — потерянно вздохнула я, понимая, что мне вновь мастерски заговаривают зубы.

— Кстати, я тут похлопотал, пока тебя искал. И вот — все удалили. Смотри, — и сунул мне свой телефон под нос, но я только фыркнула, понимая четко: что было слито в интернет хоть однажды — там и останется.

— Утешил...

— А комментаторов мы заткнем.

— И как же? — с отчаянной болью в сердце спросила я.

— Никто не посмеет говорить плохо про девушку Тимофея Исхакова. Поняла меня?

А я зависла.

И снова в свободном падении полетела с обрыва. Потому что слышать это было чертовски прекрасно. Точно также, как и просто допускать вероятность того, что все может быть ужасной ошибкой. Что я все неправильно поняла. Что мои чувства все-таки взаимны. Что Тим придет и спасет меня от всех монстров.

Потому, что он мой. А я его.

И снова захотелось разреветься от этой идеалистической картинки. Навзрыд! А затем умолять Летова еще раз уверить меня, что он не врет. Что каждое сказанное им слово — чистая правда.

Боже...

— Не веришь мне? — правильно истолковав эмоции на моем лице, усмехнулся Захар, а я тут же кивнула.

— Не верю.

— Ладно, — снова принялся жать какие-то кнопки на телефоне парень, а потом я поняла, что он звонит Исхакову. Снова. Снова. И снова!

Да только на том конце провода не брали трубку.

— Бля, наверное, еще занят или уже обратно летит. Он всего на день сваливал. Ну ничего, я ему сейчас наболтаю голосовое.

— Не надо.

— Почему? — нахмурился парень.