Девятая Планетарная Крепость, или ПК-9, действительно подверглась первому удару. Тварь, размерами с десятую часть атакуемой крепости, устремилась к усеянному нашими цитаделями каменному шару. Огромные щупальца, охваченные тёмным сиянием, устремились вниз, стремясь ударить по поверхности, но в ответ с каменного шара ударили тысячи залпов разноцветных молний. Светом мы не пользовались — эта перво-сила была подчинена ангелам, и с самого начала войны стало ясно, что использовать Тьму или Свет против тех, кто присвоил себе право управлять Полюсами Магии, было бессмысленно. И потому Электромагнитное Взаимодействие и пик её разрушительной мощи в лице Молний стали нашим оружием… Как и Гравитация, ведь именно сила тяжести, как ни странно, более прочих влияла на Время.

Не успел я об этом подумать или, вернее, вспомнить и осознать, как помимо разрядов разрушительных энергий вверх ударили и чары Высшей Гравитации в купе с Магией Времени — и девяносто процентов щупалец, как и почти все вражеские атакующие чары завязли в потоках Времени, сталкиваясь с сопротивлением самой Вечности, которую им требовалось преодолеть, дабы достигнуть поверхности Планетарной Крепости.

Гравитационные Столбы же не пытались защищать — они скручивали, разрывали в клочья многочисленные щупальца твари, уничтожая их вместе с армадами, что готовились десантироваться на поверхность.

Но отражены оказались далеко не все. Множество щупалец всё же достигло поверхности планеты, и они были не одни — пока большая часть боевых орудий планетарной обороны были заняты флагманом, множество тварей помельче приблизились, начиная высадку.

Армии демонов скапливались в отдалении от основных узлов обороны — в отличие от привычной нам тактики и стратегии, здесь больше смысла имело высадиться подальше от основных цитаделей на планете. Просто потому, что чем ближе вы оказывались в момент высадки к любой из крепостей, тем меньше была вероятность высадиться и сформировать отряды и орды боевых подразделений, с общими магическими барьерами и защитными чарами, позволяющими дойти до них.

— Бросить на подмогу ауксилариев и три когорты двести третьего легиона, — приказал я. — Возглавишь контратаку, Ауреус. Возьмёшь с собой пятую часть второй эскадры.

— Есть, господин…

На этом сон резко прервался. Я сел в кровати, тяжело дыша и пытаясь прийти в себя. Ощущение собственного всемогущества исчезло, и всё моё существо ныло от боли — налицо была очевидная сенсорная перегрузка. То, что я успел ощутить через сон, было слишком… Слишком много информации. Слишком мощные ощущения. Слишком, мать вашу, большая правдоподобность происходящего!

— Рогард! — рыкнул я. — Что это за херня?! Как ляда мне сниться… такое?!

Ответа, к моему удивлению, не последовало. Я нахмурился и погрузился вглубь себя, пытаясь ощутить своего постоянного спутника и сожителя, и он обнаружился. В самых глубинах моего сознания, опустивший голову и словно задумавшийся о чём-то своём, далёком.

— Чего молчишь?! Отвечай! — потребовал я.

— Сбавь тон, Пепел, — мрачно, всё также не поднимая головы в моём внутреннем взоре ответил он. — Это моя память. Побольше почтения!

— Мне едва мозги не выжгло твоей памятью! — возмутился я. — Контролируй эту херню!

— Я тебя изначально предупреждал о последствиях того, что ты тронешь внутреннюю стену! — содрогнулся я от злости, неожиданно прозвучавшей в его голосе. — Предупреждал о том, что всё будет непросто после моего вмешательства! Ты же тогда так смело заявлял мне, что примешь всё это, помнишь? Вот и принимай, мать твою за ногу! Разнылся, как баба…

Продолжать этот неожиданный конфликт я не стал. И не только потому, что ссориться не хотелось, но и по той причине, что я вдруг чётко осознал, как это могло бы выглядеть со стороны. Будто у меня крыша поехала…

Встав, я надел штаны и накинул рубаху. На прикроватной тумбочке стоял графин красного вина, к которому я от души приложился. Сухое красное потекло внутрь, и я жадными глотками, будто воду, опорожнил в себя дорогой напиток, на который средней руки купцу пришлось бы потратить выручку за год, а то и два торговли.

Дожил… Хлещу, словно запойный пьяница, напиток, который нужно пить медленными глотками, растягивая удовольствие и наслаждаясь вкусом. Впрочем, в последнее время у меня постоянно дурное настроение, которое я пытаюсь топить по всякому.

Друзья заняты кто чем. Одни вместе с той частью моего нового-старого Рода, что отвечал за аналогичные их обязанностям вникал в новые дела и как могли сшивали имущество, власть, систему должностей и зон ответственности обновлённого Рода Шуйских, другие просто отдыхали, третьи были на финальных этапах собственного исцеления…

Не сидел без дела и я, князь. Во многое пришлось вникать, многое требовало моего непосредственного контроля и участия, отнимая массу сил и времени. Но я был не против — пока днём на меня сваливалась гора новых дел и обязанностей, удавалось отгонять тревожное чувство, что постепенно росло и укреплялось во мне. И которому, что самое поганое, я никак не мог найти объяснения. Казалось бы, дело в том, что предстоит самое тяжёлое и кровопролитное из всех сражений — схватка с демонами и их союзниками, но отчего-то я был уверен, что гнетущие меня ощущения с этим если и связаны, то лишь косвенно. Я почти не спал, спасаясь в работе, и сегодня впервые за восемь дней позволил себе провести ночь в кровати — и как оказалось, это было неразумным решением.