С выжившими в бою биотехноидами и другими боевыми формами АВАК проблем не было. Пока я отсутствовал, они не пытались напасть на людей, а выполняли мои приказы, отданные до начала сражения в системе. То есть продолжали чистить планету от агрессивных форм жизни, охраняя колонию. Новых полевых операторов, получивших симбиоты за эти несколько суток, они слушались так же хорошо, как и меня, однако при моем появлении, тут же пришли уведомления и подтверждения моего приоритетного статуса. Локальная сеть АВАК, в системе Жива, признавала главенство единственного управляющего оператора. Глобальная же сеть АВАК… она не отвечала.

«Угроза неконтролируемого распространения мутации оператора в глобальной сети. Временная изоляция части каналов» — На любой запрос теперь приходил только такой ответ.

АВАК больше не проявлял к нам агрессии, позволял играть со своими игрушками, но общаться пока больше не хотел. Ни каких мыслей по этому поводу у меня пока не было, и я временно отпустил ситуацию плыть по течению. У меня сейчас хватало и других проблем.

Перед вылетом я снова зашёл к Загу.

Кокон вырос. Стал плотнее, аккуратнее, будто кто-то лепил форму внимательно и без спешки. Контуры тела моего друга читались ясно. Биополя шли ровно, без скачков. Аппаратура показывала стабильность, которой врачи уже почти радовались.

Я положил ладонь на поверхность.

— Мы уходим Заг, в этот раз без тебя дружище. Выздоравливай.

Поверхность слегка дрогнула, словно от глубокого вдоха. Заг, или его симбиот реагировали на моё присутствие.

— Какие прогнозы? — Кира, которая не отходила от меня ни на шаг повернулась к медикам — Как скоро это чудовище вылупится из своего яйца?

— Не могу сказать — Пожал плечами усталый врач, являющийся носителем ещё одного симбиота — Вы же знаете, это всё происходит впервые. Мы только собираем данные, изучаем процесс. Но судя по данным сканеров, пациент уже почти здоров, физически. Думаю, что это произойдет уже скоро.

— Ну дай бог — Удовлетворенно кивнул я головой — Следи за ним. После восстановления возможны не контролируемые всплески эмоциональной активности. Вспышки агрессии. Так было у меня и у Киры, поэтому будьте аккуратнее. Этот жлоб и когда здоровый был, имел хреновый характер, так что могут появиться пострадавшие. Хотя… мы восстанавливались в экстренном порядке, с большими рисками и очень быстро, а он приходит в форму медленно, так что я могу и ошибаться. Но всё равно, будьте предельно бдительны.

Перед стартом я зашёл в управляющий отсек корабля один. В его огромные ангары уже было погружено оборудование, члены миссии ходили по его коридорам улаживая последние дела, а я решил просто побыть один.

Трофей ждал. Я сел в сформированное под меня углубление. Материал подстроился, принял форму тела. Имплантат выдал цепочку синхронизаций — мягко, без рывков. Связь пошла образами.

Координаты. Искажения. Свалка. Аномалия. Масса спящих объектов.

Корабль узнал место сразу. Реакция вышла осторожной — как у существа, помнящего плохой опыт.

— Придётся, — сказал я вслух. — Там у нас остались дела.

Ответ пришёл ощущением согласия. Тяжёлым, медленным, но уверенным. Контуры выровнялись, энергетика собралась в устойчивый режим. Впереди ждала свалка СОЛМО — место, куда отправляли тех, кого сочли лишними. А мы летели туда именно за ними.

Переход начался мягко, уже привычно. Без удара, без привычного провала в желудке. Трофей просто свернул пространство вокруг себя, как человек сворачивает лист бумаги, чтобы убрать в карман. Визоры помутнели на долю секунды, потом снова прояснились.

Первым ощущением стала тишина. Густая, плотная, словно вата в ушах. Даже фон корабля звучал приглушённо, будто кто-то убрал лишние частоты. В этот раз аномалия вела себя почти прилично, не пытаясь разорвать незваных гостей на части. Денис и его штаб не ошиблись в расчетах — мы попали в окно временного покоя. К тому же прыгнули мы в точку, из которой отсюда уходили, а она находилась на небольшом удалении, как от самой свалки, так и от эпицентра рукотворной катастрофы космического масштаба.

— Ну здравствуй, помойка цивилизаций, — пробормотал я. — Давно не виделись.

Корабль отозвался слабым импульсом, чем-то похожим на вздох. Координаты стабилизировались, гравитация выровнялась, поля легли ровным слоем. Мы вошли.

Картина за обзорным экраном выглядела… рабочей. Никакого эпического ужаса. Просто хаос, доведённый до промышленного масштаба.

Обломки кораблей, фрагменты конструкций, искорёженные модули, доки, верфи, станции и базы. Всё это вращалось слоями, как мусорный водоворот, собранный руками очень старательного безумца. Иногда что-то вспыхивало, иногда гасло. Где-то далеко что-то лениво и устало двигалось.