Что нёс сейчас? Самого себя понять не получалось. Девчонку не напугать бы. А то, сама, чего доброго, сбежит. Для команды вообще злейшим врагом станет. Да и… Привыкнуть уже успел к её присутствию в команде. Голос. Смех. Как колокольчик живой. Необычный цвет волос, который невольно взглядом отыскивать начинал, на вышке находясь…

Волосы… Взгляд на тех задержав, чертыхнулся, ловя себя на желании прикоснуться. Меж пальцев пропустить. Почувствовать…

— Мне тоже, — сообщила, в мысли его врываясь, Алеста. — Непривычно немного, правда, — добавила, неожиданно легко улыбнувшись.

Ему. Ну, пусть, возможно, не совсем ему. Но при разговоре с ним, что в их случае, имеет немаловажное значение.

— Кстати, — начал Валентов и… Не хватало, только! Голос сел. И точно не от холодного мороженого. — Прошу прощения, — прокашливаясь, попросил, — Кстати, Леста, вы так и не объяснили свою феноменальную способность по задержке дыхания под водой. И… скорость. В вашем деле никакой информации по спортивной школе и разрядам.

В ступор своими феноменальными способностями заводила. Или он чего-то важного не понимал. А, что понимать, когда девчонка, как та рыба в воде. Сколько раз наблюдал за ней, пытаясь понять технику.

И какой ответ его сейчас мог удовлетворить? Напрашивался самый, что ни на есть, прямой. Да, рыбка. Русалка. Вопрос. Кого из них первым увезут в психиатричку? Уверена почему-то была, что её. Какой здравомыслящий человек заявит во всеуслышание, что он — житель дна морского…

Рисковать не стала.

— Я уникальна, — произнесла вслух, на секунду с Валентовым взглядом встречаясь. — Кирилл Николаевич, правда, с детства, любовь к воде. Не могу объяснить. Если без ваших бумажек никак, я могу заявление на увольнение…

Она. Уволиться? Серьёзно? Поверить не мог. Вот теперь — не мог.

— Да работайте уже спокойно, не тронет вас никто, — проворчал, на ноги поднимаясь. — Только, — в сторону официального пляжа успев шаг сделав, обернулся, добавив (или, попросив?), — Со здоровьем не шутите. Жарко, понимаю, но солнечные ожоги, та ещё прелесть. На солнце не находитесь слишком долго.

Он. Беспокоится. О ней? Серьёзно? Ушам своим не верила. А Валентов, словно собственных слов испугавшись, спешно зашагал прочь…

Показатель…

— Знаю, что неделя завершена, — спокойно звучал голос Валентова, собравшего вечером всю команду спасателей в классе самоподготовки. — Все имеют право на выходной. У каждого свои планы. Но у нас завтра на побережье отдыхает одновременно два детских лагеря. Приказывать не буду. Считайте просьбой личного характера. Кто может перенести выходной на любой другой день, прошу остаться. Надеюсь, обойдётся без происшествий. Но для подстраховки…

Просил. Не приказывал. Алеста замерла в ожидании. Дети — это серьёзно. Никогда не знаешь, чего ждать. Ладно, хоть, информация прошла. Впрочем, легче от этого не становилось. А мужики…

— У меня билеты в кино, на премьеру. С радостью бы, но не могу, — начал кто-то из новеньких.

Ожидаемо. Никогда нет желающих поработать лишний день. Среди новеньких и подавно.

— А мы с друзьями черт-те знает, сколько времени не собирались, — вторил ему другой.

Ничего нового. Наверно. Хотя, Алеста сильно сомневалась, что при Палыче… Не оставлял тот выбора. Просто ставил задачу. И спорить бессмысленно. Здесь — просьба. И вряд ли всё, действительно, до такой степени заняты. Точно знала, кто может провести свой выходной в городке.

Молча поднявшись с места, вышла из класса. У неё тоже «чемоданное» настроение. Тоже законный выходной. И тоже — планы. Обещала сёстрам, родителям, что именно сегодня вспомнит о своей сущности. Второй. И вряд ли в данном случае её осудят…

Из окна наблюдала, как ребята кто с сумками, кто с рюкзаками, оставляют домик. Устали. Очень. Учитывая, что неделя выдалась совершенно спокойной.

Как должен чувствовать себя Валентов, наблюдая демонстративный массовый исход из домиков?.. Странно, её беспокоило состояние человека, который ещё совсем недавно… А, на сколько это теперь важно? Как руководитель, показал себя, действительно, с лучшей стороны. Не ожидала. Даже премии получили. Последний раз когда такое было…

— Можно, — отреагировала на осторожный стук в дверь.

— Тебя проводить? — в комнату заглянул Вик.

До границы дикого пляжа. Часто провожал. Хотя, чего провожать, понять не могла. Дорогу знала. К самым дюнам все равно вместе не шли. Не разрешала. Никто никогда не спорил.

— Не уверена, что я сегодня к своим попаду, — пожимая плечиками, обронила Алеста, отступая от двери на пару шагов.

Не заметить растерянность Вика было в принципе невозможно. Однозначно планировал в ее обществе провести как минимум пол часа. Как раз столько времени уходило на пешую прогулку до первых серьезных дюн. Дальше всегда шла одна. Непреложное правило. Её видели, её знали. Там, за дюнами, нередко встречал кто-то из своих. Её данный мир в семье не принимали и не понимали. И она старалась лишний раз уважаемых родственников не нервировать.