— Так это Игин.

— Ну, а одолжить ты его можешь?

— На сколько?

— Да что же ты тупой-то такой? Навсегда.

— А… О… — на лице парня отобразилась мучительная работа мысли, он нерешительно потоптался на месте. — Так это… А если она спросит зачем он мне?

— Придумай что-нибудь. Мне тупой ассистент ни к чему.

— Придумать? Ааа… Навязать ей художественный вымысел, — закивал парень и с неожиданным озарением добавил: — Правдоподобный художественный вымысел.

Похоже прямо сейчас в сети вычитал.

— Док «№ 144», яхта называется «Счастливчик». А тебя я буду звать Гарик.

— Гарик, — голова не в такт шагам кивает, губы неуклюже растягивают звуки имени, — Гарик, Гарик… — новый ассистент направился в какой-то неприметный технический коридор, вход которого маскировался под тупиковую нишу.

Я и раньше подозревал небольшие странности, но теперь убедился, что они точно есть. Что-то с этим парнем не так, только не понятно что. Он уговорил незнакомца взять себя в оруженосцы, но совершенно не обрадовался, не стал благодарить великодушного меня, а просто развернулся и ушёл в закат. Будто очередной игровой квест выполняет.

Впрочем, то как он тогда быстро и аккуратно разобрал-собрал ВОСТ, который вряд ли до этого в руках держал, такое умение дорого стоит. Парню с такими руками можно прощать лёгкие странности поведения.

Расшифрованный архив из ранца. Мемуары охотника за головами, автор: Белый Волк.

Узловые точки, центральные ганглии, или просто — ПАУКИ.

У каждого стукача есть целый ворох нужных связей. Он практически наверняка дружит со всеми стукачами, что обитают поблизости. Зоны наблюдения чётко поделены. Никто не лезет на чужую территорию, если не хочет проблем. Ну, а если хочет — тут уж как повезёт.

Отчасти поэтому ГиО называют паутиной или нейросетью. Каждый стукач выполняет функцию умного нейрона и связан с другими нейронами нитями — синапсами, дендритами и аксонами, которые могут тянутся куда угодно. Структура посложнее мозга. Поскольку участников собралось уже поболее девяноста миллиардов по всему Содружеству. Кто-то уже заявляет, что ГиО стала некой псевдоразумной системой сама по себе, пока заявляет дрожащим шепотком, но…

Ходят слухи, что некоторые стукачи обросли друзьями настолько, что приглядывают за целым рукавом галактики. Сомнительно. Хотя, если взять того же Малита. Бессменный, конечно же, делает вид, что не имеет к ГиО никакого отношения, но я-то точно знаю, что он один из пауков, как минимум. А то и один из самых рыжих.

И никто толком не уверен — кто именно паук, а кто рядовой стукач. Зачастую даже сам паук об этом только подозревает.

Любой человек сам выбирает кому доверять, а кому нет. Кому быть другом, кому приятелем, кому просто знакомым. В ГиО всё тоже самое. Стукачи не знают друг друга в лицо. Бывает они не подозревают кто из друзей где обитает. Но у стукача есть список контактов и чёткое чувство кому из списка лучше подчиниться, чью просьбу выполнить быстрее остальных, а кого и послать подальше иногда не возбраняется.

Почти уверен, что просьбу президента Малита исполнят беспрекословно, даже не зная кому именно подмахивают. Тут репутация узла связи всегда решает.

Список контактов и репутация — вот самое ценное имущество любого стукача.

\\ Отделение ГиО №776615

Доллин опёрся локтем о стойку и бездумно водит пальцем по голографу. Но взгляд сфокусировался на мне, кажется, раньше чем я вошёл.

— Привет, как наши дела?

Я вывалил на столешницу четыре пластиковых колбы, комлинк и бляху.

— Одобряю, — кивнул Доллин и начал приёмку трофеев и выдачу награды.

Когда терминал перевёл в мой комлинк четыре тысячи, я протянул гаждет Доллину. Тот молча подставил свой и скачал назад половину награды.

— Как прошло?

— Буднично.

— Видишь, как я и обещал.

— Ты в курсе, что беглецы на Игу работали, у которой в старых доках ремонтная мастерская? Кажется, склад её работа.

— Надо же, — наигранно удивился Доллин. — Есть записи протокольных сканеров или надёжные свидетели из числа зарегистрированных граждан?

— Нет.

— Ну, на нет и награды нет. И на будущее, на стукачей лучше напрасных обвинений не вешать. Им по ходу жизни со всяким народом водиться приходится.

— Так она из наших?

— Ты видать не совсем понимаешь порядки в ГиО, кореш, — Доллин снова продемонстрировал улыбку акулы. — Нет никаких наших или не наших. Каждый крутится как может.

— Уяснил.

— Тогда оставим лирику, — Доллин провёл пальцем по терминалу, вход закрылся бронированной дверью, пенсионер поманил меня за стойку и указал на «Бизон» примагниченный к спине. — Ствол оставь тут, не пропадёт. Пойдём, познакомлю кое-с-кем.