— Ну какой хорошенький, — на миг она совсем забыла, кто перед ней находится, и в приступе умиления чмокнула пса в холодный нос.

Тот замер, глядя на Софью неестественно голубыми глазами.

— Ваше величество, что вы делаете? — на крыльцо вышел Аверин. — Александр, пожалуйста, примите подобающий вид и наденьте амулет блокировки. Я помню, что дивам в Пустоши скучно, но, неужели, настолько?

— Не настолько. — Александр уже стоял рядом с Софьей в человеческом облике, закутавшись в теплую шубу по самые уши. — Намного, намного хуже…

— А Софья Андреевна Александра поцеловала! — тут же закричал Миша, высунувшись из-за дерева.

— Что? — опешил Аверин.

— Глупости, — осадила брата Вера и, приложив руки щекам, закричала через весь сад, — а собакой не считается!

Из-за спины девочки высунулся лев, почти белый от снега, и отвесил лапой подзатыльники обоим ученикам. Где-то среди веток раздался смех Кузи.

— Я бы так не сказал, но, если вы настаиваете, придворные дамы на меня не жаловались, — Александр подмигнул Софье.

— Так… давайте в дом, скоро Анастасия с Алешей вернутся, и обед уже готов, — Аверин покачал головой и скрылся за дверями. Кот, подняв хвост, тут же просочился в быстро сужающуюся щель.

Софья посмотрела на Александра, пряча лицо за варежками.

— Простите, ваше величество… я сильно увлеклась.

— Вы совершенное дитя, Софья Андреевна, — усмехнулся император, но взгляд его оставался серьезным, — я никак не могу отделаться от мысли, что вы кого-то мне напоминаете…

— И кого?

Он пожал плечами, а в Софье сразу заговорил исследователь.

— Разве у дивов могут быть «провалы» в памяти?

— Нет.

— Значит, должно быть нетрудно понять, кого я вам напоминаю? Подумайте?

— Думаю… но, может, не мне…

Он покачал головой, улыбнулся и приобнял Софью за плечи.

— Идемте в дом, вы замерзли. Не стоит беспокоиться о чужих кошмарах…

Александр вообще был до странного обходителен в последнее время. Но когда они с Софьей виделись раз в месяц или того реже, это не сильно бросалось в глаза. Теперь же стало очень заметно, что с императором что-то происходит.

Иногда Софья ловила на себе его взгляд, совершенно человеческий, теплый и немного виноватый. Он приносил ей чай, укрывал пледом после долгих прогулок, согревал на морозе. Словно простыми действиями пытался исправить какую-то давнюю, болезненную ошибку, которую Софья не заметила. Он подолгу молчал, наблюдая задумчиво и печально, но откликался на первый же зов. Он называл окружающих «друг» или «дитя», с легкой улыбкой говорил «душа моя», глядя в глаза, и оставалось только догадываться, что он имеет в виду.

И Софья начинала задаваться вопросом, ради чего же он на самом деле остался? И даже самой себе не призналась бы, что уже придумала ответ. И вполне готова в него поверить.

На пороге их встретил Педру. Див поклонился и посмотрел на Александра.

— Разрешите с вами поговорить?

— Конечно, конселейру, Софья Андреевна, прошу простить. — Он галантно поцеловал ее руку и быстро пошел за ментором, на повороте бросил короткий взгляд, все такой же по-человечески теплый: — Не стойте на пороге. Садитесь за стол без нас, не ждите.

— Не будем, — за плечом появилась Анастасия. — Ваше величество, вы опять гуляли нараспашку…

— Ваше величество, все готово, — позвали девушки. — Идемте?

Софья вынырнула из воспоминаний и покосилась на свои шерстяные носки.

— А вы? Вы, что же, уже погадали?

— Как можно, ваше величество, вы первая.

Анастасия внимательно оглядела девушек, зрачки ее стали вертикальными.

— Все будет нормально, — успокоила ее Софья, поднимаясь, — я надеюсь…

Стоило ей выбраться из мягкого пледа, все теплое настроение слетело с нее, словно осталось в кресле вместе с воспоминаниями. Сердце царапнуло беспокойство. Ведь учили, что нельзя. Вдруг, и правда? Но отказываться было поздно, Софью под руки повели гадать.

Императрица подошла к задернутой портьерой двери и скептически оглядела дам.