— А хорошая мысль, — кивнул ментор. — Драться ты со мной не можешь, как бы ни был зол и обижен. Хорошо, продемонстрируй силу иначе. Скольжением по волнам.

Сила Владимира ухнула куда-то вглубь него так резко, что Педру не смог не оскалиться. Видимо, Кузя действительно всем «прожужжал уши» про любимый Коимбрский спорт.

— Если я это сделаю, ты признаешь поражение, извинишься перед Сергеем Дмитриевичем и будешь вести себя нормально?

— И даже позволю тебе выбрать награду для себя, — кивнул Педру, — из того, что я могу предоставить, конечно.

— Я согласен, — ответил Владимир, отвернулся и стал собирать упавшие чемоданы.

— Владимир. Он утопил нескольких коллег, — воззвал к разуму дива Аверин.

— Ничего. Я справлюсь.

— Да! — Кузя вскинул руки. — Ух, что будет за зрелище! Ну пойдемте же скорее, время теряем!

Пляж встретил теплым ласковым ветром, горячим песком и лазурной водой. Бескрайней-бескрайней и удивительно непохожей на страшные воспоминания. Вера прошла вдоль кромки берега, позволяя накатывающим волнам ласкать босые ноги. Она поправила широкополую шляпу и юбочку купальника, вытянула вперед руки, подставляя их под яркое солнце.

— Пошли плавать? — позвал Миша и побежал в сторону далеких волн, высоко поднимая ноги и разбрызгивая вокруг холодную воду.

— Я лучше на солнышке погреюсь, — ответила Вера. Лето в этом году не очень радовало. Постоянно шли дожди, и солнцем действительно хотелось напитаться на год вперед. Даже мысль о том, что этот год она проведет здесь, в Коимбре, не успокаивала, и холодная Россия страшила своей почти бесконечной зимой.

Вера пошла вдоль берега, издалека наблюдая за семьей. Любава с Сергеем мило сидели в тени под тентом с запотевшими стаканами, из которых торчали маленькие озорные зонтики. Родители наслаждались теплой погодой, дрейфуя недалеко от берега на большом надувном матрасе и не желая слезать с него в холодные воды Атлантики. Себастьян тетешкался с мелким, собирая из золотистого песка куличики. Только дядя с тревожным видом сидел на шезлонге, установленным Кузей, и нервно постукивал босой пяткой по песку. Владимира не было видно. А Кузя шустрой черной стрелой носился над бескрайними водами, наслаждаясь видом океана и опускаясь почти к самым волнам, в которых играл Миша. Брат смеялся и пытался забрызгать галку, но Кузя ловко уворачивался от его нападок.

— Готовы учится плавать? — ментор появился как всегда внезапно и за спиной. Вера обернулась и тут же зажала рот рукой, чтобы скрыть улыбку.

На Педру были яркие шорты, огромные солнцезащитные очки, на плече висел резиновый комбинезон, а длинные волосы собраны в пучок на макушке. Рядом с ним стояла воткнутая в песок длинная плоская доска, не менее цветастая, чем ее хозяин.

— Это серф?

— Да. Ган позволяет преодолеть даже самые строптивые волны, но удержаться на нем не просто, — похвастался ментор и легко поднял доску. — Идемте.

Он взял Веру за плечо и повел в воду. Девушка попыталась вывернуться, но прежде, чем она закричала, ментор повернулся, снял очки и посмотрел в глаза.

— Если начнете орать и на меня кинутся все три бештаферы вашей семьи, это будет последний урок, который я пытаюсь преподать.

— Прошу, — прошептала она. — Я умею плавать. Но теперь до ужаса боюсь волн. Из-за вас, между прочим.

— Неправда. От меня вы бы переняли совершенно иное отношение к этим могучим созданиям. — Педру обошел Веру и, встав за спиной, прошептал над самым ухом: — Посмотрите на них, разве это волны? Это так, тихая заводь. То ли дело Назаре… или гроты у мыса Рока… Разве вы по ним не скучаете? Разве хотите променять на давно забытый страх?

Вера не ответила, впиваясь взглядом в изумрудную лазурь, простирающуюся до самого горизонта.

— А что касается ужаса, — продолжил Педру менторским тоном и подтолкнул Веру вперед, — вы и Диогу когда-то боялись. И многого еще будете пугаться. Вся жизнь колдуна, тем более боевого, — это преодоление страха. — Он бросил серф на воду и сделал еще пару шагов по воде, мгновенно облачившись в защитный костюм. — Помните, что я говорил? Не шторм. Полнота. Я могу показать. — Он легко похлопал по доске.

— Обещайте, что не позволите мне утонуть? — Вера подошла к серфу и схватилась за скользкие края до боли в пальцах.

— Обещаю, — хитро улыбнулся Педру и расправил крылья.

Над ним тут же закружила галка.

— Да не собираюсь я ее топить! — немного обиженно бросил ментор. — Лучше лети на соседний пляж. Там обычно много народа, зато есть прокат. Принеси еще несколько досок. Софты себе и Мише, а Владимиру возьми лонгборд, ему нужна хорошая доска, чтобы устоять на волне, — он оглядел пляж, — если эта хвостатая горгулья вообще соизволит тут появиться.

Галка умчалась в небо. Педру встал на серф и подставил крылья под ветер, направляя доску к бескрайней синеве океана.

Ган мягко плыл по волнам. Вверх-вниз. Иногда Педру взмахом крыла заставлял его менять направление или крутиться. Но ничего не говорил, только его пристальный взгляд Вера ощущала затылком. И совершенно не представляла, чему должна сейчас учиться. Ну, кроме того, как не упасть со скользкой доски в воду. И все-таки зрелище было таким мирным и прекрасным, что страх начал отступать. Вера перестала цепляться за края доски, будто это была единственная опора в мире, и даже стала понемногу привыкать к ритму качки. Вверх-вниз. Захотелось опустить разгоряченные солнцем руки в прохладную воду. Педру заметил, что она наклоняется вперед и повернул серф.