Головы лишиться за содержимое свертка — очень большая вероятность, но выбора у меня не оставалось.

Я вскрыл упаковку. Осторожно, боясь что-то повредить.

— Дай с возвратом, — правильно сформулировал свою просьбу нелюдь.

Здесь, на тюремной планете, говорить нужно три раза подумав. Не то и не так скажешь — на вилы могут поставить.

Я протянул северянину один из пузырьков. Тот поднес его поближе к глазам и замер. На краткий миг, но я это срисовал.

Понял он, что в стеклянной емкости.

Всё… Теперь мне надо ходить и оглядываться…

Впрочем, не только из-за лекарств. Я двоих северян жизни лишил, хоть и обоснованно, но…

— Что ещё твоё? — нелюдь протянул мне обратно пузырёк.

— Монеты, но на них не написано, — проявил я осторожность. — Больше ничего я себе не возвращаю.

— Как скажешь. — Северянин повернулся и зашагал к своим собратьям, что стояли чуть в сторонке. Причем, с таким видом, что происходящее их как бы и не касается.

Глава 41 Что это всё было?

Я остался стоять на месте.

Тут, как-то сразу, без всякой видимой причины, у меня в глазах потемнело. Ещё и качнуло, но на ногах я устоял.

Секунда, и всё пришло в норму.

Я потряс головой, зажмурил и снова открыл глаза. Потер ладонями уши. Сильно потер, до боли.

Уффф…

Что это было?

Отходняк такой у меня после двойного убийства?

Убийства?

Ну, как хочешь, так это и назови, но двоих северян я только что жизни лишил. За дело, без причины, но — какая разница, лишил ведь…

Стоп!

Опять двадцать пять!!!

Пока у меня было темно в глазах, я как будто переместился в пространстве. Нет, остался там же, под куполом, но не там, где раньше был, а в том самом месте, где я в нем в первый момент очутился.

Ещё и чуть ниже затылка, на шее, у меня как огнем жгло.

Что?

Северяне?

Кто-то из них сзади подкрался и кольнул меня чем-то? Траванул, я вырубился, что-то они сделали и меня по-тихому подальше оттащили, почти к самому входу-выходу, не знаю — как правильно, из купола?

Я пошарил ладонью ниже волос на затылке, так, где у меня болело. Поднёс руку к глазам — крови на ней не было. Снова обследовал шею, болит же там у меня по какой-то причине?

Обнаружил какой-то небольшой бугорок. Понажимал на него пальцем — болело где-то как-бы под ним, глубже, а не он сам.

Что это, я увидеть не мог — глаз на затылке на выдвижных штырьках у меня не имеется.

Я попробовал подковырнуть бугорок, а он от моей шеи и отделился. С некоторым трудом, но отпал.

От кожи отделился и остался у меня на ладони. Я изловчился и не дал ему упасть.

Кстати, как я его с шеи убрал, так там болеть и перестало. Такое вот вышло у меня лечение.

Что за хреновина?

Сама она, как половинка шарика, а из него торчит шипик. Кстати — острый.

Кто-то меня ещё за пределами сферы укусил? Личинку, или ещё что-то на меня подсадил? Не успела она в меня пока внедриться и внутри организма начать расти? Тут, на Каторге, мутоты всякой хватает…

Я бросил убранное с шеи на снег и придавил ногой. Пусть в холодке размножается!

Опять, стоп…

А, где, эти?

Я имею в виду цилиндры и колесо на стойке. Они, если там стоять, где я сейчас, должны слева быть.

Убрали их, пока я ночью спал? Конечно, зачем они тут теперь? Я же все испытания уже прошел…

Жабье-зеленых цилиндров и колеса на стойках под куполом не было. Не было и всё.

Точно, я схожу с ума…

Одновременно с этой мыслью я сунул руку в карман комбинезона. В тот, где у меня лежало лекарство.

Оно было на месте.

Уже на ощупь я определил, что сверток был опечатан.

Да, что же это такое!!!

Я же его только что вскрывал, печати ломал… Пузырьки доставал и нелюдю показывал.

Что, ничего этого не было?

Ни — колеса.

Ни — цилиндра с водой.

Ни — двух поединков с северянами?

Никого я не убивал…

Что, всё это мне, как говорят — привиделось?

Я, где стоял, там и сел на утоптанный снег. Вроде, мужик тёртый и в трёх соленых водах вареный, но не устоял на ногах. Я всегда боялся с ума сойти, дурачком стать, а тут, похоже, так и получилось.