— Да-да, продолжай болтать. Твой брат точно так же любил почесать языком и рассказать, какой он крутой, — ответил ему.

Это Фридерика разозлило ещё сильнее, и окружающие нас тени ожили с новой силой. Моим врагом был не только он, но и всё это помещение, погруженное во тьму. Он то и дело уходил в Тень, чтобы атаковать меня с самых неожиданных позиций и разными способами. Но я стоически выдерживал каждый удар и даже ухитрялся его достать. В комнате было достаточно металла, чтобы использовать его как дополнительное оружие, так что несколько раз мне удавалось его ранить с помощью металлических осколков. Правда, раны практически сразу заживали.

Очередной удар пришел сзади, и я едва успел развернуться, приняв его на созданный наспех щит. Металл выдержал, но меня отшвырнуло к стене. Ещё один удар, уже сбоку. Потом сверху. Когти заскрежетали по триплексам, оставляя глубокие борозды. Я тут же рванул вперед, чтобы контратаковать, но Фридерик ускользнул, а следующий удар мне заблокировать не удалось. Кровь потекла из рассеченной брови — один из ударов всё-таки нашел щель в броне. Я отступил, морщась от боли.

— Чувствуешь? — его голос был совсем рядом, потом далеко, потом снова рядом. — Чувствуешь, как жизнь утекает из тебя? Это только начало, человек. Я буду пить твою кровь по капле, пока ты не взмолишься о смерти.

— Знай ты, что такое кино, — криво усмехнулся я, — я бы сказал, что ты смотрел слишком много плохих фильмов о вампирах, чтобы задвигать такие речи.

Нет, так дело не пойдет, надо срочно менять тактику, иначе он действительно выйдет победителем из этой схватки.

Тьма — его главный союзник, а что если его лишить её? Кажется, я слишком сосредоточился на магнитной стороне своего дара.

Я призвал огненных волков, и я стал заметно сильнее с последнего призыва, так что их появилось больше десятка, и все, повинуясь моей команде, рванули в стороны, освещая мрачное помещение.

— Если думаешь, что эти жалкие фамильяры смогут мне что-то сделать, то заблуждаешься! — рыкнул вампир, выныривая из тени и взмахом черного клинка рассекая одного из волков. Другие тут же ринулись к нему, но я понимал, что у них нет и шанса. Впрочем, я на это расчета и не делал.

— Они тут не для этого, — ухмыльнулся я, чувствуя, как в кольце под моей рукой разгоняется огненный заряд, превращенный в плазму.

Сгусток раскаленной плазмы прорезал тьму как маленькое солнце и попал точно в грудь вампиру, сбивая того с ног и выжигая его внутренности. Он забился в агонии, не веря, что получил столь сильный урон. Я тем временем уже мчался к нему, собираясь покончить с ним, нельзя дать ему время восстановиться.

Но не успел.

Когда я оказался рядом с Фридериком, вся тьма этого места ударила в меня и огненных волков. Питомцев смело, они не смогли выдержать магического удара темной силы, а вот меня защитила броня и сияющие солнечные символы, так что, можно сказать, отделался лишь испугом.

Но когда мрак отступил, Фридерика на прежнем месте уже не было. Окруженный тьмой как плащом, он бросился к двери в тронный зал и на полной скорости вынес её.

Древний вампир, гроза этих земель, сын Владыки Ночи, прямо сейчас сбегал от меня.

Ну уж нет, как братцу в первый раз, я тебе сбежать не дам.

Коридоры замка сменяли друг друга, по бокам то и дело мелькали гобелены и испуганные слуги шарахались в стороны. Фридерик несся вперед, окутанный клубами Тени, а я преследовал его, отталкиваясь от триплексов, разбросанных по пути. Мы пронеслись через какой-то зал, и столы и стулья там разлетались в щепки. Потом через оружейную, где я мимоходом захватил несколько металлических предметов, добавляя их к своему арсеналу. Следом по винтовой лестнице наверх, перепрыгивая через ступеньки.

Вампир всеми силами пытался от меня оторваться и то и дело пытался уйти в Тень, что было бы неприятно, учитывая как порой делает Фломелия, но, на моё счастье, если такое и происходило, то его быстро выкидывало оттуда. Неужели рыжеволосая вампирша постаралась?

Фридерик отстреливался, на ходу метая то сгустки тьмы, то теневые копья, а временами и вовсе выпускал волны удушающего мрака. Я отбивал что мог, остальное принимал на броню. Она держала, но каждый удар отзывался болью в уже поврежденных ребрах и открытой ране, оставленной вампиром.

Наконец мы вырвались наружу, выпрыгнув через разбитое окно на крышу замковой башни. Ночной воздух ударил в лицо, холодный и такой свежий после затхлости подземелий. Вампир обернулся, зло оскалившись. Я ответил ему тем же, но он не видел этого из-за закрывающей лицо железной маски.

— В чем дело? — бросил ему. — Неужели столь грозный древний вампир из клана Даммерхэрен внезапно испугался?

Рана, оставленная плазменным зарядом на его груди, почти зажила, теперь вместо дыры там лишь слегка почерневшая, обугленная кожа.