— Вайя! — крикнул Тиберий. — Правь фокусировку!

Молодая ведьма не сразу поняла, о чём говорит ведьмак, но быстро сориентировалась, вновь принялась собирать какие-то плетения.

— Что-то идёт не по плану? — спросил Вицлав.

— Ты даже не представляешь… — огрызнулся Тиберий.

Замок дрогнул. Артефакты вспыхнули, перегружаясь. Миг, и зал погрузился в сумрак, всё вокруг накрылось серой пеленой.

— Почему всегда эта серая пелена? — поморщился Вицлав. — Каждый раз…

Пол зала потрескался, раскололся на отдельные камни, под которыми кипела магма. Круг, очерченный ведьмами, вздрогнул и начал тонуть в грязной лаве.

— Вы замок на вулкане построили? — вновь не удержался Вицлав от комментария.

Из всех присутствующих он оставался единственным, кто избежал давления плана страха, связанный с другим планом. Ведьмы отшатнулись от провала. Они ругались, молились и причитали на нескольких языках. Ядвига стояла, замерев в оцепенении. Вайорика пыталась что-то сплести, но магия отказывалась подчиняться. Ведьмаки выхватили оружие. Эти воины привыкли отвечать на страх отчаянной готовностью продать свою жизнь подороже.

Нечто возникло в провале лавы. Чёрное существо, огромный рыцарь в гротескных доспехах, поднимался на поверхность, и раскалённый камень стекал по чёрной броне. Насколько сильно открывшийся лавовый портал дышал адским жаром, настолько промораживал своим присутствием этот рыцарь. Ведьм и ведьмаков прижало к полу давящей силой существа. Одно его присутствие создавало тяжёлую ауру подавления. Давление всё возрастало, и вслед за остальным на колени пали Вайорика, Вицлав и Ядвига.

Четырёхметровый рыцарь полностью покинул лаву, завис в воздухе. Давление начало уходить. Исчезал жар и холод. Возвращались краски. И рыцарь рванулся. Полетел вперёд, пробивая стены замка, наружу, теряя за собой куски чёрной брони.

— За ним! — закричала Вайорика.

Вицлав подхватил ведьму и прыгнул в пролом, Ядвига последовала за ними. Пугающий оставил за собой полосу почерневшего леса, так что найти его не составляло труда. Сложнее было само преследование, Вицлав сумел магией спланировать на землю, а затем пришлось бежать, помогая себе заклинаниями. Ядвига перемещалась увереннее, но тоже не без труда. Пугающий двигался ломаной линией, длинными прямыми отрезками, иногда меняя направление.

Они нашли его. Небольшое озеро на склоне горы, спрятанное среди лесов. Доспехи рассыпались по пути, и над водой, не касаясь гладкой глади, висел мужчина. Отсутствие одежды позволило рассмотреть мускулистую фигуру и белую кожу, иссечённую тёмными венами. Длинные вьющиеся чёрные волосы падали почти до поясницы. Он повернул голову, и его золотой глаз обратился на пришедших.

— Я вижу ваши страхи…

Вятка, Чистые Пруды, поместье Казановичей

Апрель 1984 года

Из-за продолжавшей бушевать погоды автомобили гостей больше не останавливались перед домом, а заезжали прямо в гараж. Поместье, ставшее временной резиденцией принцессы Анастасии, привлекало всех местных аристократов, даже губернатор предпочитал как можно чаще бывать именно здесь, а не в своём поместье или городской управе. Принцесса сразу обозначила своё отношение ко всем этим движениям: она не для потехи публики сюда приехала, и встречаться с кем-либо будет только по собственному желанию. Для всех надеющихся на аудиенцию это значило, что Анастасия ни с кем не встретится, а самых настойчивых ещё и накажет.

И тем не менее просители продолжали приезжать, осаждая Казановичей и надеясь хотя бы на случайную встречу, чтобы выразить верноподданнические чувства и готовность служить императору, дабы избежать неотвратимого наказания за бездействие. С таким желанием прибыли два молодых дворянина. В гараже уже не хватало места для машин всех гостей, оттого молодой Олег Меньшиков шёл из самого дальнего угла, поигрывая тростью. Его другу посчастливилось найти место поближе.

За ничего не значащим светским обсуждением последних событий города молодые люди прошли в дом. Тему войны в доме старательно обходили. Что там обсуждать? Бунтовщики будут наказаны, да восславится император. Настоящие важные разговоры велись не в стенах этого дома, и только с надёжными собеседниками.

Меньшиков галантно приветствовал публику, целовал ручки дамам, шутил с мужчинами, мимолётно участвовал в светских ничего не значащих разговорах. Немного утомившись, Олег поднялся на второй этаж и прошёл к одной из гостевых комнат, где стоял бильярд и бар, здесь собирались в основном мужчины. За бильярдным столом стояли четверо, но не играли. Судя по резко прерванному разговору, обсуждали они нечто важное, не терпящее посторонних ушей. Граф Калинин, в основном живущий в Москве, но имеющий поместье Вятке, перешедшее в качестве наследства его жене. Барон Лебедев, немолодой мужчина из местных. Граф Кузнецов, ветеран, рано покинувший службу из-за ранения, и Граф Гарсия, чьи предки три поколения назад перебрались в Российскую Империю из Европы.

— А, Олег! — Калинин благожелательно улыбнулся. — Проходи, нам как раз нужен ещё один человек, а то двое на двое выходит, как бы до дуэлей не дошло.

Калинин, несмотря на показательно шутливый тон, выглядел вполне серьёзно.

— Обойдёмся без дуэлей, господа, — прохрипел Кузнецов. — Даже если мы расходимся во мнениях, я скорее принесу извинения, чем буду отстаивать свою позицию в бою. Смертоубийств сейчас и так предостаточно.

— А в чём предмет обсуждения? — спросил Меньшиков, закрывая за собой дверь, и ощущая, как чары приватности возобновляют действие.