— Что? — удивился я. — Ах, да… Она должна была приехать сегодня, но…

— Она приехала сразу, как ты отправился к директору. Я все видела, — в голосе Ланы снова зазвучали стальные нотки ревности. — Вместо того чтобы представиться кому следует, она узнала, где твоя комната, и сейчас сидит там. Ждет.

Вот черт. Она теперь всегда будет меня преследовать? — в голове пронеслась усталая мысль. — Я хоть и был лоялен к Марии те дни во дворце, но я же ей ясно сказал — никакой женитьбы, нужно время. А она что, на пролом идет? Просто вломилась в мою комнату и устроила там засаду?

Чувство благодарности за заботу начало стремительно вытесняться раздражением от такого тотального контроля. Я вздохнул, чувствуя, как на меня накатывает новая волна усталости.

— Пошли тогда в твою комнату, — предложил я, ища хоть какой-то уголок для приватного разговора.

— Там Таня с Зигги, — безжалостно сообщила Лана.

— Не понял, — я отстранился, чтобы посмотреть ей в лицо, полностью сбитый с толку.

— Пока тебя не было… они начали встречаться, — объяснила она, и на ее лице на мгновение мелькнуло что-то похожее на понимание всей абсурдности ситуации.

Мой мозг на секунду завис, переваривая эту информацию. Сильно удивился… а потом… ну так-то это было логично. Зигги — мозг, Таня — его полная противоположность, притянулись… А ничего, что я с ней спал? — мелькнула крамольная мысль. Ну, ладно… Прошлая жизнь. У них там своя история.

Я невольно ухмыльнулся, потирая переносицу. Горестная ирония ситуации достигла своего пика.

— Сколько же всего тут произошло, — констатировал я. — Мне бы хотелось послушать сплетни. А то я устал уже от женского внимания и прочих драм.

Я сказал это скорее чтобы выпустить пар, но Лана сурово на меня посмотрела, ее алые глаза сузились до щелочек. Все ее прежнее раскаяние мгновенно испарилось, уступив место охотничьему инстинкту.

— Кто-то еще тебя хотел? — прозвучал холодный, отточенный как лезвие вопрос.

Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Ну вот, опять. А ведь только что все утихомирилось.

— А… это… — я замялся, понимая, что попал в ловушку. — Иные измерения… Там много чего было… Я тебе все расскажу, как сядем пить чай. В каком-нибудь нейтральном месте. Обещаю.

Мне вдруг страшно захотелось, чтобы в академии было хоть одно помещение, где не сидела бы принцесса, не занимались любовью мои друзья и не поджидала очередная ревнивая наследница знатного рода. Хотя бы крошечная каморка для уставших героев.

Мы шли по коридорам, держась за руки. Моя — всё ещё немного чужая, непривыкшая к новой силе, что дремала где-то глубоко внутри. Её — холодные пальцы, вцепившиеся в мою ладонь с такой силой, будто она боялась, что я испарюсь. Казалось, этот контакт был единственным, что удерживало Лану от новой волны слёз.

И тут до нас донеслись первые шепотки. Сначала неразборчивые, потом отдельные фразы, резавшие слух.

— Смотри, это он… Дарквуд…

— Тот самый, который… выжил? Снова?

— Говорят, он связан с темным культом. Иначе как объяснить? Никто не возвращается из ниоткуда…

— Но почему он с ней? — этот шёпот прозвучал особенно громко, полный презрения. — Он же должен быть с принцессой! Я видел, как она приехала…

— Вот будет скандал, если её высочество узнает… Как можно променять принцессу на это? На кровопийцу…

Лана сжалась, будто от удара. Её пальцы так сильно впились в мою руку, что стало больно. Она потупила взгляд, её плечи напряглись, и по ней было видно — каждый такой шёпот отзывался в ней свежей болью, напоминая о её репутации, о её магии.

Я остановился. Медленно, не выпуская руки Ланы, я повернул голову в сторону группы шепчущихся третьекурсников. Я не сказал ни слова. Я просто посмотрел. Не злобно, не яростно — холодно и тяжело. Взглядом, в котором читалась вся усталость от интриг, вся горечь от предательств и вся безраздельная мощь того, кто побывал по ту сторону реальности и вернулся, чтобы дать отпор.

Шёпот стих мгновенно, будто его и не было. Студенты побледнели, засуетились, один из них нервно поправил очки, другой уткнулся в учебник, бормоча что-то о срочном задании по магической химии. Они делали вид, что всё это время обсуждали исключительно учебный процесс.

Я повернулся назад и мягко потянул Лану за собой. Мы молча прошли через главные ворота, оставив позади стены, полные перешёптывания и косых взглядов.

Территория академии сменилась тропинкой, ведущей к опушке леса. И тут нас охватило другое ощущение — осень. Настоящая, октябрьская.