— Роз, смотри, какая картина, — с придыханием и чуть ли не пища от восторга, выдохнула восхищенно Ли Хо.

В данный момент эта, надо признать, весьма изящная девушка решила заглянуть к нам в каморку. Ну и естественно, увидела, как мы здесь разместились. И чего они так реагируют? Ну лежим мы, отдыхаем. Ну на панде. И что с того? Чего делать сразу такие глаза, как будто еще чуть-чуть, и она испытает оргазм прямо здесь и сейчас.

— Ага. Милоотааа… — протянула с затуманенным взором заглянувшая на огонёк наша хозяйка.

— И не говори. Так и хочется их всех взять и затискать, — у этой маньячки аж глаза взблеснули опасными искрами вожделения.

Вот только пусть попробует. Я тогда даже думать не буду.

— Но странно, — задумчиво добавила Розалия. — Обычно Барсик редко кого к себе и к Бусинке подпускает. А тут вот так вот. Точнее, я даже не помню, кого он к себе вообще подпускал.

— Ну так это же мой По, — с гордостью высказалась Ким, при этом выпятив вперед грудь третьего размера.

— Угу, — печально вздохнула Розалия, искоса бросив завистливый взор на сиськи соперницы, а после с грустью посмотрела на свою полторашку.

М-да. Размер груди важен не только мужикам. Бабы тоже от этого еще как страдают. Не так что бы все. Но конкретно Розалия точно страдала. Хотя как по мне, это все мелочи. Особенно когда сам уже долгие годы не можешь вообще стать человеком. Как говорится, мне бы их проблемы. Не конкретно эти, естественно, а в общем порядке, так сказать. Так. Стоп. Че-то меня не туда понесло.

— Но если так подумать, то По тоже весьма капризный с другими животными. А уж позволить устроить из себя кровать, так и вовсе я такого не припомню, — наконец опомнившись, произнесла Ким, при этом все еще косясь в нашу сторону.

— Так это же Барсик, — в этот раз уже в голосе Розалии звучали нотки гордости. — Он здесь всех построил. От него, по-моему, все питомцы бегают как ошпаренные.

— Неудивительно, — пожала плечами Ким. — Он же самый старый из всех. Разве нет? Сколько ему уже? Почти сорок?

— Честно говоря, я и не знаю, — растерялась Роз. — Он, по-моему, всю мою жизнь рядом. Правда, раньше он питомцем деда был. — Она с подозрением покосилась на Ким. — А ты откуда знаешь, сколько ему?

— Если ты забыла, то мой отец — глава дипломатического корпуса, а старший брат служит в контрразведке, — хмыкнула в ответ Ким. — Просто я, в отличие от тебя, пользуюсь их возможностями. Попросила узнать про твоих питомцев, вот они мне и рассказали. Но не всё, естественно. Почему их держали так долго в седьмом отделе, они не знают. А ты?

— А тебе старший брат не говорил, что это закрытая информация? — с превосходством покосилась на нее Розалия.

— То есть ты и сама не знаешь, — огорченно вздохнула Ким. — Жаль.

— Может знаю, а может и нет, — многозначительно протянула Розалия. — А ты как была самой любознательной, так и осталась. Вот каждый раз тебе говорят. Не лезь. Не спрашивай. Забудь. Но куда там. Ли Хо Ким так просто не сдается. Так ведь, Ли?

— Бе-бе-бе. Тоже мне зануда, — фыркнула в ответ Ким. — Тебе не говорили, что ты стала врединой? Раньше ты такой не была.

Хм. А я и не знал, что они настолько хорошо знакомы. Не. Я как бы в курсе, что они обе ходили в один и тот же садик. Да и в начальной школе вроде как были не просто в одном классе, но и сидели рядом. Вот только что-то я не припомню, чтобы Ким заглядывала к нам в гости. Кажется, я этот момент явно пропустил.

— Раньше? — скептически изогнула брови Розалия. — Когда это раньше? В садике или в первом классе?

— Ой-ой. Какие мы гордые стали, — насмешливо покачала головой Ким. — Как папа стал министром, так все? Ой! — испуганно и виновато прикрыв ладошкой рот, вскрикнула Ким. — Прости-прости-прости. Я не хотела, Роз. Честно-пречестно. Прости меня, а?

— Все! Стоп, — остановила ее жестом руки Розалия. — Все нормально. Я уже привыкла. Вспоминать еще грустно, но я в норме.

— Все равно прости, — взяв ладонь Роз в свои руки и искренне уставившись на нее, добавила Ким. — Ты же знаешь, я та еще дуреха. Иногда как ляпну, не подумав.

— Ли, все нормально, — натянуто улыбнулась Розалия. — Я же сказала. Я в норме.

— Что-то незаметно, — грустно улыбнулась Ким. — Я же вижу.

Удивительно, но факт. Розалия спокойно могла идти в актрисы. За такую бесподобную игру мировой приз ей обеспечен. Если бы я не знал о ее ночных похождениях, а также не ощущал эмоциональную составляющую, то поверил бы в ее искренность, ни на секунду не усомнившись. Вот только я все знал. И сейчас прекрасно ощущал, что ей абсолютно наплевать на смерть родителей. Точнее, не наплевать, а как бы так сказать… Ей неприятно, но лишь слегка, и не более того. Что неудивительно, учитывая, что большую часть жизни она прожила с дедом. Вот к старому генералу и его жене, дряхлой карге, у нее очень даже теплые и нежные чувства.

— «Ну что. Теперь мне веришь?», — отправил я мысленный посыл лисенку, которая самозабвенно изображала глубокий сон.

— «Я сплю», — буркнули мне в ответ.

— Не спорю. Мне вспоминать об их смерти больно, но я уже смирилась, — тем временем вздохнула Розалия.

— «Ага. Как же», — хмыкнул я лисенку. — «А то я тебя не ощущаю. Да ты от любопытства щас лопнешь. Вот как ушки дергаются».

— Может я тебе кофе сделаю? — с искренним сочувствием предложила Ким.

В ответ Розалия кивнула головой, смахнув невидимую слезинку. Которой там и близко не было.